- Ваше величество, прибыло посольство из Уэльстера. Эдоард, удобно сидевший в кресле, взглянул на Тахира. - отпустите меня встречать послов? Тахир низко поклонился, скрывая в глазах ироничные искорки. - Как я могу возражать, ваше величество? Кто я такой, чтобы спорить с вами? - Лекарь, - вздохнул Эдоард. За несколько дней он смирился с легкой тиранией медиков от Лилиан Иртон. Все они твердо были уверены, что человека надо вылечить. А остальное - потом. Вот вылечим - тогда ругайся, выгоняй, увольняй. Но только когда будешь здоров. А пока болеешь - слушайся. Тем более, что в этом мире лечить межреберную невралгию и умели-то человек пять. Эдоард бы ругался, но... пока ему было действительно плохо - было не до того. Выздороветь бы. А когда он пошел на поправку, то как умный человек, понял, что лучше позволить лекарям выполнять их работу. Ему ведь все на благо, не во вред... Тем более, что ханганы были неизменно почтительны. Шипела и командовала только графиня Иртон. Но на нее тоже обижаться не получалось. Она - заботилась. Может быть где-то неловко, забыв про этикет, не думая о последствиях... но ведь из лучших побуждений и к лучшему. Например, она так принялась ругаться, когда Эдоард хотел - стоило боли чуть схлынуть - вылезти из кровати, что пришлось лежать дальше. Причем - все вежливо... 'ваше величество, выздоровеете - хоть палкой со двора прогоняйте! А пока дайте вас долечить! Или все опять собаке под хвост - и начинай с нуля! Вам что - болеть понравилось?'. Будь Эдоард здоров - досталось бы графине на орехи. Но коварная боль вспыхивала то тут, то там... нет уж. Пусть лучше долечит. Тем более, что делами он-таки занимался. Доклады можно и в постели принимать, диктовать - тоже, а канавы копать королю и не требуется. Физические усилия оставим, а разум... разум работал. Особенно когда Лилиан решила отказаться от обезболивающих, туманящих рассудок. Если королю и давали что-то такое, то очень маленькую дозу. И соображать он мог отлично. - Ваше величество, если вы позволите... разумеется, вы можете встретить посольство, если потом разрешите заняться вашей болезнью более интенсивно. Эдоард кивнул. Опять растирания, опять порошки, ну да ладно. Полежит вечерок без дела. Зато придворным покажется, чтобы трепетали. - И с вашего позволения, я буду сопровождать вас... - Куда? Доброго дня, ваше величество. Графиню Иртон королевский камердинер пропускал без доклада. Проникся благодарностью за лечение. Старик был безраздельно предан Эдоарду - и видя, что графиня не просто стремится помочь, но и помогает, и ничего не требует - проникся к ней благодарностью. Лилиан была объявлена 'настоящей дамой, не чета этим тупым свиристелкам' и получила беспрепятственный допуск к королю. Эдоард, кстати, сильно не возражал. К доводам камердинера добавлялся еще один. Как-никак - жена его старшего сына. Почти родственница... Тахир уважительно поклонился графине, получил в ответ такой же поклон - и быстро заговорил на ханганском. Король уловил несколько фраз, Лиля прищурилась и кивнула. - Ваше величество, разумеется, вам надо встретить посольство. Сильных обезболивающих давать не будем, но прошу вас потом заняться своим здоровьем. Эдоард усмехнулся. - графиня, составьте мне компанию? - ваше величество? - почему нет? Вы имеете полное право сопровождать меня. - А... - Репутация? Вы - жена моего племянника. - а баронесса Ормт? Эдоард фыркнул. Красотка пыталась пролезть к нему пару раз, но камердинеру был дан строгий наказ. Гнать в шею. Тут болячка на болячке, а эта... на что она способна? Глазки состроить? Посидеть пострадать у кровати? К Мальдонае! - Заодно и баронесса поймет, что отставлена. Так как, графиня. Будете радом с пациентом? Лиля вздохнула. Эдоард, если отставить в сторону королевский титул, был симпатичным человеком. И напоминал ей леопарда. Милая пушистая киса... с когтями и зубами. Дашь пальчик - руку по плечо отжуют. - Повинуюсь вашей воле, ваше величество. Эдоард усмехнулся. Весело и немного ехидно. С графиней было легко. Да, она не знала многих вещей - и неудивительно. Сначала дом отца, потом глушь - там короли как-то не водятся. Но в любой момент было видно, что его - уважают. Как человека уважают. А ведь это важнее всего, разве нет? Самодуром Эдоард в жизни не был. Лиля тем временем оглядела свой костюм и вздохнула, - ваше величество, я не одета для приема. - Пустое, графиня. Вы отлично выглядите. А если вы так переживаете по этому поводу... - Эдоард коснулся колокольчика и когда на пороге появился камердинер, попросил его - принеси графине Иртон золотистый жемчуг. Мужчина кивнул и скрылся. Лиля еще раз оглядела себя. Простое кремовое платье в стиле ампир, украшенное кружевами, кружевные перчатки... неплохо, но не шикарно. Хотя надев несколько нитей шикарного золотистого жемчуга и перевив подобными же волосы, Лиля чуть утешилась. В грязь лицом ударить не хотелось... *** Посольство было... Лиля не назвала бы его - великолепным. Тут Ханганат отвоевал себе первое место. Но впечатление они произвести старались. Церемониймейстер загрыз всех перечислением титулов и разными завитушками, из которых женщина поняла дай бог одну треть. Стоять за королевским троном, изображая фаворитку и периодически нежно касаясь руки короля (щупая пульс, но кому это объяснишь?) было утомительно и скучно и Лиля принялась разглядывать посольство. Так... десятка три разряженных в пух и прах людей, среди которых резко выделялись мужчина с небольшой короной на голове и молодая девушка. Как всякая женщина, Лиля сначала посмотрела на мужчину. Его величество Гардвейг. Ну... что можно о нем сказать? Симпатичный. Явно умный, лет сорока, глаза живые, ясные, но с ногой явно что-то не то. Наступать на нее он боится, опирается на трость, да и лицо... такие бывают у тех, кто старается сжиться с болью. Или справиться с ней. Раньше умру, чем подчинюсь! Интересно, что с ним? Но в молодости мужик был чертовски хорош. Он и сейчас - высокий, светловолосый, синеглазый... Лев Уэльстера. Так его, кажется называют? Заслужено. Даже сейчас при взгляде на него начинаешь облизываться. Эх, пропадай парад гормонов! Лет бы десять ему назад - и Лиля бы не удержалась от места королевской фаворитки. Хотя... привычка жениться у этого монарха неистребима. Но - красив. Совсем другого типа девушка рядом с ним. Невысокая, темноволосая, темноглазая... со взглядом... Почему-то от ее взгляда приходит в голову сказка про репку. Потому что внучка - штучка, жучка и суч... так, не будем плохо о принцессах. Но иных эпитетов Лиля подобрать и не смогла. Как диагноза. Гадать можно много, но верный - один. Тоненькая диадема на голове, куча драгоценностей, пышное платье, грязная шея... а еще обманчиво невинный взгляд и рассеянная улыбка. Мужчины таким обычно обманываются. А вот женщины... либо начинают казаться еще более невинными и трепетными, либо начинают беситься. Лиля относилась ко второй категории. Анелия предпочитала решать проблемы за счет мужчин, Лиля - своим трудом, так.... контакта мы не найдем. А вот найдет ли его Лонс? Вот если подумать.... Лиля искренне сомневалась, что эта жучка променяет положение принцессы и кучу брюликов на рай в шалаше. Не та девочка, не тот типаж. Анелия, почувствовав ее взгляд, вскинула глаза. И Лиля едва успела опустить ресницы. Но и секунды хватило. Это был взгляд не принцессы. Спокойный, уверенный... это был взгляд крысы, загнанной в угол. И вполне готовой кусаться. Но почему этого никто не замечает? Бедный Лонс... Один из типов, прибывших с Гардвейгом, открыл рот - и выдал на-гора ответную речевку, тоже минут на двадцать. Эдоард кивал, показывая, что он в восхищении, король в восхищении... Потом короли (опять-таки через придворных) обменялись грамотами, заверили друг друга в своем искреннем восхищении, Эдоард пригласил Гардвейга на бал в его честь и честь прекрасной принцессы, озарившей своей невинной прелестью весь дворец (Лиля изо всех сил прикусывала язык, чтобы не фыркнуть, хватит с нее одной государственной тайны), назначили дату - через пять дней, и короли-таки разошлись. Эдоард приказал церемониймейстеру разогнать придворных - и без сил откинулся на троне. Лоб в поту, пульс частит... ругаться женщина не стала. Просто позвала стоящего за портьерой камердинера - и с его помощью транспортировала короля обратно в кровать. Отлеживаться. - Вы будете на балу, графиня? Лиля кивнула. А куда деваться? - Ваше величество, Миранда хотела навестить кузин. И принцессы тоже не возражали... - Пусть приходит. Я отдам распоряжение... *** Спустя десять дней после морского боя, корабли Эрика бросили якорь в гавани Лавери. И первым делом отправились во дворец. Почти сразу - с корабля на бал. Бал? Так прибыло посольство из Уэльстера. Лев Уэльстера во главе и при нем Анна Уэльстерская. Естественно, Эдоард должен был дать бал в их честь. Так же естественно, что Лонс, едва узнав об это событии, принялся рваться на бал. Лиля закатила глаза. Но - позволила. Тем более, что в ее голову пришла идея бала-маскарада. И она даже спела Эдоарду знаменитую арию из 'летучей мышки'. И мы наденем маски, никто не узнает нас.... Дословно она не помнила, но... Если кто не знает - болящие короли - тоже люди. И больной Эдоард, пока Лилиан сидела рядом с ним - нагло пользовался своим положением, требуя рассказать ему что-то интересненькое. Раз уж делами заниматься нельзя... Лиля и рассказывала. Сначала - что помнила про барона Холмса. Потом про барона Пуаро. Потом про барона Вульфа - то, что можно было адаптировать к современным условиям. Эдоард слушал с интересом. А когда эти истории закончились - Лиля принялась рассказывать то, что смотрела. 'Летучая мышь', 'Небесные ласточки'... кое-что даже спела. Эдоарду понравилось. А идея бала-маскарада привела в восторг. Всем явиться в диковинных костюмах? Почему бы нет!? Надеть маски и не раскрывать своих имен до последней минуты. А самые интересные костюмы - три штуки - получат призы. Например, кубок для мужчин, ожерелье или браслет для дам... И Лиля, костеря всех, на чем свет стоит, вынуждена была готовить костюм. Хотя сильно она не заморачивалась. У нее гостит ханганский принц? Вот и ладушки. Ее - под ханганскую даму, Лонса - под хангана... бороду прилепим, купим у цирюльников - почему нет? А сам Амир... Тоже найдется под кого. Почему бы не под стража караванной тропы в родовом наряде. Принцу - можно. А смотреться будет весьма экзотически. Препятствия начались практически сразу. Ну не нашлось у ханганских дам подходящей одежды. Лиля была либо в полтора раза крупнее, либо в два раза мельче нашедшегося. И что тут будешь делать? Подгонять? А времени почти и не было. Два дня - это сроки? Марсия со подруги взвыли. Чтобы их графиня - и в таком виде на бал? Никогда!!! Лиля вздохнула. И подумала, что раз уж она рассказала - ей и карты в руки. Летучая мышь, говорите? Пусть будет мышка! Черное платье у нее есть, черную бархатную маску сделать - минута, черный плащ.... Да запросто! Подшить в него реечки, обрезать края - и получится вполне приличное вампирское крыло. Вот что делать с волосами? А, оставить просто так, но обильно перевить черными лентами и черным жемчугом. Август расстарался для дочери. Отлично! Плащ девочки переделали за три часа, благо - не редкость. И даже расшили гагатовыми бусинами. Платье есть, украшения... Эдоард нарочно распорядился на бал ничего такого не надевать. Взять с собой в кошельке у пояса, предъявить на входе - и вперед. Лонса переделали в хангана без особых усилий. Черная борода придавала ему такой страшноватый вид, что Лиля едва сама не шарахнулась. И еще раз постучала по голове. Парню. - Не смей говорить своей любимой, где ты живёшь, у кого служишь... только если она согласится бежать с тобой. Ты понял? Лонс покивал. Но уверенности у Лили не было. Амир, напротив, сильно расстроился, что нельзя взять с собой Миранду. Лиля сдвинула брови и решительно утащила парня в свой кабинет. - Ты что творишь? - Что именно? - ты Миранду во что втягиваешь? Она же малявка совсем! - Почему? - не понял Амир. - В этом возрасте уже заключают помолвки. А еще лет через пять вы ее можете отправлять жить к супругу. Она уже взрослая... Лиля сдвинула брови. - Не ты ли претендуешь? - а хоть бы и я? - не растерялся ханган. - Я это давно обдумываю. - Насколько давно? - Еще когда начал выздоравливать в Иртоне. Миранда красива, умна, с ней не скучно... - и ты запрешь ее в гареме, куда никому нет доступа? - Не знаю пока... постараюсь это изменить. - А если не изменишь? Миранда воспитана иначе... - Но ведь и у ваших женщин не так много свободы. Дом, выезды к знакомым... - Вы разной веры! - И что? Женщина может быть любой веры. А нам разрешено жениться на женщинах из иных стран. - Миранда тебя не любит. - Это дело времени. Лиля прищурилась. - что еще скажет мой супруг. - Можно подумать, вы его сильно спрашиваете, - Амир тоже решил не церемониться и резал правду-матку. - Миранда ваша дочь. - Его. Я ей мачеха. - Неважно. Я - очень выгодная партия. Если что - я могу даже жениться по вашему обычаю. Почему нет? Лиля вздохнула. - Амир, она - ребенок. - Ненадолго. Тьфу! Проторговавшись два часа, сошлись на одном и том же. Спрашиваем Миранду. Если она не против - заключаем предварительный договор. Если она против - речи не идет ни о чем. Договор заключили - и забыли лет на десять. Раньше шестнадцати Лиля ребенка никуда не отпустит. Ну разве что в гости. Ну а в пятнадцать (Лиля настаивала на семнадцати, но тут Амир ее переборол) заключается брак. Осуществление его будет в зависимости от состояния невесты. И - тут уже Лиля уперлась стеной - если Миранда захочет пользоваться противозачаточными средствами (принц покраснел, но поди, поспорь) - никто ей мешать не будет. Еще не хватало - каждый год по ребенку, в тридцать - уже старуха. Никаких! Пусть сама выбирает, когда рожать и сколько. А то вот один супругу в могилу родами свел, потом Тадж-Махал отгрохал, но ей-то не по фиг, где лежать? Любовь - любовью, но мозги тоже иметь надо! Сам Амир был весьма доволен. Даже если нельзя иметь четырех жен - почему бы мужчине не завести наложниц? А наследником может быть любой сын, лишь бы умный и сильный был. Зато Миранда выгодная партия. Уже сейчас она много знает и умеет. А Амиру и в Ханганате пригодятся женщины, которые могут плести кружева, знают как лить стекло такой прозрачности и гладкости, умеют лечить людей, плюс Миранда - родственница короля, что тоже ценно, не с помойки берем... Лиля это тоже понимала. Но - как тут сопротивляться? Амира она знает, юноша умный, достаточно порядочный, не намного старше Миранды. И король возражать не будет, и ребенок пока с ней поживет. А вот кого бы там супруг присмотрел? А хвост его знает! Мы не можем ждать милостей от Джерисона Иртона, мы можем их взять сами! Да и случись что с ней - Миранда отплывает к жениху. Ее тронуть побоятся. Ханганат хоть и не Уэльстер, но жизнь попортить может ощутимо. Просто раньше им это не надо было. А сейчас, когда начали налаживаться контакты... Что ответила Миранда? Разумеется, она согласилась. А кто бы отказался в ее возрасте. У Лили было большое желание надавать его высочеству оплеух. Но пришлось промолчать. Потом жизнь все расставит на свои места. Ладно. Впереди - бал. *** Джес рвался в свой городской дом. Но Рик не пустил его. - Подожди. Давай сначала к королю, а потом начнешь искать свою супругу. Глупо ведь выглядеть будешь. Джес не сомневался, что глупо он будет выглядеть в любом случае. Челюсть почти зажила, радуя теперь взгляд оттенками желтого, рука тоже... Джейми оказался отличным лекарем. А вот от его рассказов волосы дыбом вставали. Как-то никто графу Иртон о его дочери не писал. И о похищении, и о нянькиных делах - Джесу чуть дурно не стало. А смысл писать? Помочь не поможет, а волноваться будет. А Джейми рассказывал о жизни в Иртоне. Превозносил графиню, ругался на барона Донтера... Будь он один - Джес мог бы не поверить. Но когда и Эрик вслед за ним начал... Да-да, на следующий вечер отоспавшийся Эрик пришел, честно покаялся, мол, ни вели казнить, вели миловать. Сам понимаешь, ты тогда всякий разум потерял, а я на корабле капитан. И граф нужен для допроса.... Джес вздохнул и сменил гнев на милость. И поинтересовался, как там с личной дружиной графини Иртон? Ответ поверг его в тихий шок. Потому как вирманин тоже начал петь дифирамбы его жене. Красавица. Коса - Во! Грудь - Во!! Попа - Во!!! Все показывалось на себе,, заставляя Джеса поеживаться - а уж когда Эрик принялся вздыхать, что такую бы на Вирме на вес золота... Брррр... ну и вкусы у этих варваров! Ужас какой! А насчет личной дружины - официально Эрик был на найме у барона Брокленда. Как и вся его команда. А что клятву они принесли графине Иртон - так это ж ее отец! Он же родной доченьке плохого не пожелает! Служат они Лилиан Иртон, просто все бумаги - на барона. А то графиня не знает, как ее супруг на такой финт ушами отреагирует. Джес, к тому времени принявший с Эриком пару стаканов чего-то крепкого, только рукой махнул. Мол, переживем. Все ж на пользу, да и мы тебе, дружище, жизнью обязаны, какие счеты. Рик тоже слушал, искоса поглядывая на друга. И подвел итог - а мне не показалось, что он лгал... Джесу так тоже не казалось. Но... - знаешь, не верю я. Как-то странно, моя супруга - и такие номера... Должен, обязан за ней кто-то стоять! Если б она все время на глазах не была, я бы вообще поверил, что ее подменили! - Вот и узнаем все подробнее у отца. Во дворце было шумно и оживленно. Но принца не то, что пропустили - сопроводили под руки. И вместе с графом. Вирмане с ними не пошли, отправились ждать в караулку. Мол, пошлют за ними - тогда и.... не любит их король, что тут поделать? А Рик прямиком отправился к отцу. Эдоард сидел в своем кабинете. Чуть побледневший, чуть похудевший, но такой... родной. Ей-ей, надо уехать, чтобы понять, насколько тебе дороги близкие люди! И насколько тебе плохо без них! Рик не удержался - и обнял отца. И почувствовал, что руки Эдоарда чуть дрожат. - Сынок... Второе крепкое объятие досталось Джерисону. Потом Эдоард приказал секретарю принести травяной отвар для него - и вина для ребят - и закрыл дверь. - Ну, рассказывайте. Все ли в порядке? Да уж куда там... Эдоард только головой покачал, когда узнал, как пригодились вирмане. Если б не они, сражались, как львы, кое-кто там и полег... и вздохнул. - Надо будет им награду выдать. Графиня, конечно, в стороне не останется, но и мы уступить не должны. Все ж таки спасли. Рик горячо согласился - и предложил обеспечить вирман кораблями с верфи Брокленда. Эдоард пожал плечами - мол, Август и так чего-то там усовершенствовал. Но мы можем оплатить им несколько кораблей, классом повыше. Это вполне достойно. Рик принялся расспрашивать про заговор. Но вот тут Эдоард ловко вильнул хвостом. Заговор? Был. Еще какой. Авестерцы устроили. Нашли где-то фальшивого сына Эдмона и собрались посадить его на трон. От кого сын? Да от какой-то дворцовой служанки, подделали задним числом свидетельство о браке - и давай, вперед! Беда в другом. При этом погибли Ивельены. Почти все. Как? Плохо, подозреваем покушение, но выданное за несчастный случай, работаем, ищем виновных. Да, нам тоже горько и тоскливо. А что делать? Только отомстить заговорщикам за бедную девочку. И за ее семью тоже. Хоть и не любил я Ивельенов, но таки... Рика его величество намеревался посвятить в это дело полностью. А вот Джесу незачем. Здоровее будет. И он, и его жена, как-никак, это с ее помощью всех раскрыли... Так что подождем с откровениями. А пока... - Сегодня у нас бал-маскарад. - что? - Все должны прийти в костюмах. А если их нет, то хотя бы в масках. Без браслетов. И не кичиться титулами. Это в честь гостей из Уэльстера. - Мы только приехали... - Придворные портные вам помогут. А тебе, Джес, тем более надо быть. - Зачем? Я домой хочу... - Затем, что здесь будет твоя жена. - Моя - жена? Но... - Ты еще не понял, что она имеет мало общего с образом розовой коровы? Лилиан Иртон - милая и умная женщина. Поэтому мой тебе совет - погляди на нее сначала так. Под маской. Я скажу тебе, кем она нарядится. А потом уж явишься домой. И... мне бы хотелось поговорить с тобой наедине. Сейчас. Рик, давай пока ты к придворным портным, пусть тебе что-нибудь подберут... - Я лучше у вирман одеждой разживусь. А знак примирения. Эдоард кивнул. - Молодец, сын. А с вами, граф Иртон у меня сейчас будет отдельный разговор. Рик подмигнул приятелю - и вышел. Джес ссутулился в кресле. Но Эдоард не стал его распекать. Просто посмотрел и устало вздохнул. - Да хватит уж... я ведь не дурак. Что ты хочешь мне сказать? Что твоя жена в Иртоне решительно отличается от твоей жены сейчас? Джес кивнул. И это - тоже. И не только это. Но... - Может, я сначала вас послушаю? - Послушай, я ведь с твоим отцом всю жизнь дружил, тебя с колыбели помню. Ты мальчик неглупый. И сейчас, наверняка, злишься на свою супругу. Джес пожал плечами. - Сейчас? Нет, сейчас уже нет. Вот раньше - было. А сейчас... перегорел. - Хорошо, что перегорел. Потому что я тебе так скажу. Этот брак мне нужен. Лилиан - умная женщина. Я собираюсь дать ей титул, так что второй твой сын будет носить титул барона Брокленда. Или третий - кому таланты деда передадутся. Лилиан просила. Если я даю ей дворянство - а я дам, Брокленд - становится наследным дворянством. - Лилиан - дворянство? Эдоард коснулся роскошного кружевного манжета. - а ты, племянник не удивляйся. Были уже такие случаи в истории. И готов поклясться чем угодно - тогда мужья этих дам так же походили на раков. Большими выпученными глазами... А дальше было два пути. Или развод - но тут я поддержу твою жену. Она мне нужна. Или - ты слегка переламываешь свою гордость... вот честно. Гулял от жены? Джес даже и глаз не потупил. Ну, было. - Украшения ее любовницам дарил? - Ее украшения? - А то ж. - Э... - Тебе Август отдал ее украшения - ты что с ними сделал? - Не помню. Но я ей отдал все украшения Иртонов... - А пару ее колец подарил своей любовнице. Август выкупил, в том числе кольцо, принадлежащее матери Лилиан. И пришел в бешенство. Едва успокоили. Джес присвистнул. Тут он Августа мог понять. Оскорбление нешуточное. Хоть он и не со зла... но ты докажи? Дверь скрипнула. - Ваше величество... - Входите, графиня. Внутрь скользнула Алисия Иртон. - Сынок... рада тебя видеть невредимым. - Матушка.
Глава 4 Торжественное прибытие, бытие, битье....- Ваше величество, прибыло посольство из Уэльстера. Эдоард, удобно сидевший в кресле, взглянул на Тахира. - отпустите меня встречать послов? Тахир низко поклонился, скрывая в глазах ироничные искорки. - Как я могу возражать, ваше величество? Кто я такой, чтобы спорить с вами? - Лекарь, - вздохнул Эдоард. За несколько дней он смирился с легкой тиранией медиков от Лилиан Иртон. Все они твердо были уверены, что человека надо вылечить. А остальное - потом. Вот вылечим - тогда ругайся, выгоняй, увольняй. Но только когда будешь здоров. А пока болеешь - слушайся. Тем более, что в этом мире лечить межреберную невралгию и умели-то человек пять. Эдоард бы ругался, но... пока ему было действительно плохо - было не до того. Выздороветь бы. А когда он пошел на поправку, то как умный человек, понял, что лучше позволить лекарям выполнять их работу. Ему ведь все на благо, не во вред... Тем более, что ханганы были неизменно почтительны. Шипела и командовала только графиня Иртон. Но на нее тоже обижаться не получалось. Она - заботилась. Может быть где-то неловко, забыв про этикет, не думая о последствиях... но ведь из лучших побуждений и к лучшему. Например, она так принялась ругаться, когда Эдоард хотел - стоило боли чуть схлынуть - вылезти из кровати, что пришлось лежать дальше. Причем - все вежливо... 'ваше величество, выздоровеете - хоть палкой со двора прогоняйте! А пока дайте вас долечить! Или все опять собаке под хвост - и начинай с нуля! Вам что - болеть понравилось?'. Будь Эдоард здоров - досталось бы графине на орехи. Но коварная боль вспыхивала то тут, то там... нет уж. Пусть лучше долечит. Тем более, что делами он-таки занимался. Доклады можно и в постели принимать, диктовать - тоже, а канавы копать королю и не требуется. Физические усилия оставим, а разум... разум работал. Особенно когда Лилиан решила отказаться от обезболивающих, туманящих рассудок. Если королю и давали что-то такое, то очень маленькую дозу. И соображать он мог отлично. - Ваше величество, если вы позволите... разумеется, вы можете встретить посольство, если потом разрешите заняться вашей болезнью более интенсивно. Эдоард кивнул. Опять растирания, опять порошки, ну да ладно. Полежит вечерок без дела. Зато придворным покажется, чтобы трепетали. - И с вашего позволения, я буду сопровождать вас... - Куда? Доброго дня, ваше величество. Графиню Иртон королевский камердинер пропускал без доклада. Проникся благодарностью за лечение. Старик был безраздельно предан Эдоарду - и видя, что графиня не просто стремится помочь, но и помогает, и ничего не требует - проникся к ней благодарностью. Лилиан была объявлена 'настоящей дамой, не чета этим тупым свиристелкам' и получила беспрепятственный допуск к королю. Эдоард, кстати, сильно не возражал. К доводам камердинера добавлялся еще один. Как-никак - жена его старшего сына. Почти родственница... Тахир уважительно поклонился графине, получил в ответ такой же поклон - и быстро заговорил на ханганском. Король уловил несколько фраз, Лиля прищурилась и кивнула. - Ваше величество, разумеется, вам надо встретить посольство. Сильных обезболивающих давать не будем, но прошу вас потом заняться своим здоровьем. Эдоард усмехнулся. - графиня, составьте мне компанию? - ваше величество? - почему нет? Вы имеете полное право сопровождать меня. - А... - Репутация? Вы - жена моего племянника. - а баронесса Ормт? Эдоард фыркнул. Красотка пыталась пролезть к нему пару раз, но камердинеру был дан строгий наказ. Гнать в шею. Тут болячка на болячке, а эта... на что она способна? Глазки состроить? Посидеть пострадать у кровати? К Мальдонае! - Заодно и баронесса поймет, что отставлена. Так как, графиня. Будете радом с пациентом? Лиля вздохнула. Эдоард, если отставить в сторону королевский титул, был симпатичным человеком. И напоминал ей леопарда. Милая пушистая киса... с когтями и зубами. Дашь пальчик - руку по плечо отжуют. - Повинуюсь вашей воле, ваше величество. Эдоард усмехнулся. Весело и немного ехидно. С графиней было легко. Да, она не знала многих вещей - и неудивительно. Сначала дом отца, потом глушь - там короли как-то не водятся. Но в любой момент было видно, что его - уважают. Как человека уважают. А ведь это важнее всего, разве нет? Самодуром Эдоард в жизни не был. Лиля тем временем оглядела свой костюм и вздохнула, - ваше величество, я не одета для приема. - Пустое, графиня. Вы отлично выглядите. А если вы так переживаете по этому поводу... - Эдоард коснулся колокольчика и когда на пороге появился камердинер, попросил его - принеси графине Иртон золотистый жемчуг. Мужчина кивнул и скрылся. Лиля еще раз оглядела себя. Простое кремовое платье в стиле ампир, украшенное кружевами, кружевные перчатки... неплохо, но не шикарно. Хотя надев несколько нитей шикарного золотистого жемчуга и перевив подобными же волосы, Лиля чуть утешилась. В грязь лицом ударить не хотелось... *** Посольство было... Лиля не назвала бы его - великолепным. Тут Ханганат отвоевал себе первое место. Но впечатление они произвести старались. Церемониймейстер загрыз всех перечислением титулов и разными завитушками, из которых женщина поняла дай бог одну треть. Стоять за королевским троном, изображая фаворитку и периодически нежно касаясь руки короля (щупая пульс, но кому это объяснишь?) было утомительно и скучно и Лиля принялась разглядывать посольство. Так... десятка три разряженных в пух и прах людей, среди которых резко выделялись мужчина с небольшой короной на голове и молодая девушка. Как всякая женщина, Лиля сначала посмотрела на мужчину. Его величество Гардвейг. Ну... что можно о нем сказать? Симпатичный. Явно умный, лет сорока, глаза живые, ясные, но с ногой явно что-то не то. Наступать на нее он боится, опирается на трость, да и лицо... такие бывают у тех, кто старается сжиться с болью. Или справиться с ней. Раньше умру, чем подчинюсь! Интересно, что с ним? Но в молодости мужик был чертовски хорош. Он и сейчас - высокий, светловолосый, синеглазый... Лев Уэльстера. Так его, кажется называют? Заслужено. Даже сейчас при взгляде на него начинаешь облизываться. Эх, пропадай парад гормонов! Лет бы десять ему назад - и Лиля бы не удержалась от места королевской фаворитки. Хотя... привычка жениться у этого монарха неистребима. Но - красив. Совсем другого типа девушка рядом с ним. Невысокая, темноволосая, темноглазая... со взглядом... Почему-то от ее взгляда приходит в голову сказка про репку. Потому что внучка - штучка, жучка и суч... так, не будем плохо о принцессах. Но иных эпитетов Лиля подобрать и не смогла. Как диагноза. Гадать можно много, но верный - один. Тоненькая диадема на голове, куча драгоценностей, пышное платье, грязная шея... а еще обманчиво невинный взгляд и рассеянная улыбка. Мужчины таким обычно обманываются. А вот женщины... либо начинают казаться еще более невинными и трепетными, либо начинают беситься. Лиля относилась ко второй категории. Анелия предпочитала решать проблемы за счет мужчин, Лиля - своим трудом, так.... контакта мы не найдем. А вот найдет ли его Лонс? Вот если подумать.... Лиля искренне сомневалась, что эта жучка променяет положение принцессы и кучу брюликов на рай в шалаше. Не та девочка, не тот типаж. Анелия, почувствовав ее взгляд, вскинула глаза. И Лиля едва успела опустить ресницы. Но и секунды хватило. Это был взгляд не принцессы. Спокойный, уверенный... это был взгляд крысы, загнанной в угол. И вполне готовой кусаться. Но почему этого никто не замечает? Бедный Лонс... Один из типов, прибывших с Гардвейгом, открыл рот - и выдал на-гора ответную речевку, тоже минут на двадцать. Эдоард кивал, показывая, что он в восхищении, король в восхищении... Потом короли (опять-таки через придворных) обменялись грамотами, заверили друг друга в своем искреннем восхищении, Эдоард пригласил Гардвейга на бал в его честь и честь прекрасной принцессы, озарившей своей невинной прелестью весь дворец (Лиля изо всех сил прикусывала язык, чтобы не фыркнуть, хватит с нее одной государственной тайны), назначили дату - через пять дней, и короли-таки разошлись. Эдоард приказал церемониймейстеру разогнать придворных - и без сил откинулся на троне. Лоб в поту, пульс частит... ругаться женщина не стала. Просто позвала стоящего за портьерой камердинера - и с его помощью транспортировала короля обратно в кровать. Отлеживаться. - Вы будете на балу, графиня? Лиля кивнула. А куда деваться? - Ваше величество, Миранда хотела навестить кузин. И принцессы тоже не возражали... - Пусть приходит. Я отдам распоряжение... *** Спустя десять дней после морского боя, корабли Эрика бросили якорь в гавани Лавери. И первым делом отправились во дворец. Почти сразу - с корабля на бал. Бал? Так прибыло посольство из Уэльстера. Лев Уэльстера во главе и при нем Анна Уэльстерская. Естественно, Эдоард должен был дать бал в их честь. Так же естественно, что Лонс, едва узнав об это событии, принялся рваться на бал. Лиля закатила глаза. Но - позволила. Тем более, что в ее голову пришла идея бала-маскарада. И она даже спела Эдоарду знаменитую арию из 'летучей мышки'. И мы наденем маски, никто не узнает нас.... Дословно она не помнила, но... Если кто не знает - болящие короли - тоже люди. И больной Эдоард, пока Лилиан сидела рядом с ним - нагло пользовался своим положением, требуя рассказать ему что-то интересненькое. Раз уж делами заниматься нельзя... Лиля и рассказывала. Сначала - что помнила про барона Холмса. Потом про барона Пуаро. Потом про барона Вульфа - то, что можно было адаптировать к современным условиям. Эдоард слушал с интересом. А когда эти истории закончились - Лиля принялась рассказывать то, что смотрела. 'Летучая мышь', 'Небесные ласточки'... кое-что даже спела. Эдоарду понравилось. А идея бала-маскарада привела в восторг. Всем явиться в диковинных костюмах? Почему бы нет!? Надеть маски и не раскрывать своих имен до последней минуты. А самые интересные костюмы - три штуки - получат призы. Например, кубок для мужчин, ожерелье или браслет для дам... И Лиля, костеря всех, на чем свет стоит, вынуждена была готовить костюм. Хотя сильно она не заморачивалась. У нее гостит ханганский принц? Вот и ладушки. Ее - под ханганскую даму, Лонса - под хангана... бороду прилепим, купим у цирюльников - почему нет? А сам Амир... Тоже найдется под кого. Почему бы не под стража караванной тропы в родовом наряде. Принцу - можно. А смотреться будет весьма экзотически. Препятствия начались практически сразу. Ну не нашлось у ханганских дам подходящей одежды. Лиля была либо в полтора раза крупнее, либо в два раза мельче нашедшегося. И что тут будешь делать? Подгонять? А времени почти и не было. Два дня - это сроки? Марсия со подруги взвыли. Чтобы их графиня - и в таком виде на бал? Никогда!!! Лиля вздохнула. И подумала, что раз уж она рассказала - ей и карты в руки. Летучая мышь, говорите? Пусть будет мышка! Черное платье у нее есть, черную бархатную маску сделать - минута, черный плащ.... Да запросто! Подшить в него реечки, обрезать края - и получится вполне приличное вампирское крыло. Вот что делать с волосами? А, оставить просто так, но обильно перевить черными лентами и черным жемчугом. Август расстарался для дочери. Отлично! Плащ девочки переделали за три часа, благо - не редкость. И даже расшили гагатовыми бусинами. Платье есть, украшения... Эдоард нарочно распорядился на бал ничего такого не надевать. Взять с собой в кошельке у пояса, предъявить на входе - и вперед. Лонса переделали в хангана без особых усилий. Черная борода придавала ему такой страшноватый вид, что Лиля едва сама не шарахнулась. И еще раз постучала по голове. Парню. - Не смей говорить своей любимой, где ты живёшь, у кого служишь... только если она согласится бежать с тобой. Ты понял? Лонс покивал. Но уверенности у Лили не было. Амир, напротив, сильно расстроился, что нельзя взять с собой Миранду. Лиля сдвинула брови и решительно утащила парня в свой кабинет. - Ты что творишь? - Что именно? - ты Миранду во что втягиваешь? Она же малявка совсем! - Почему? - не понял Амир. - В этом возрасте уже заключают помолвки. А еще лет через пять вы ее можете отправлять жить к супругу. Она уже взрослая... Лиля сдвинула брови. - Не ты ли претендуешь? - а хоть бы и я? - не растерялся ханган. - Я это давно обдумываю. - Насколько давно? - Еще когда начал выздоравливать в Иртоне. Миранда красива, умна, с ней не скучно... - и ты запрешь ее в гареме, куда никому нет доступа? - Не знаю пока... постараюсь это изменить. - А если не изменишь? Миранда воспитана иначе... - Но ведь и у ваших женщин не так много свободы. Дом, выезды к знакомым... - Вы разной веры! - И что? Женщина может быть любой веры. А нам разрешено жениться на женщинах из иных стран. - Миранда тебя не любит. - Это дело времени. Лиля прищурилась. - что еще скажет мой супруг. - Можно подумать, вы его сильно спрашиваете, - Амир тоже решил не церемониться и резал правду-матку. - Миранда ваша дочь. - Его. Я ей мачеха. - Неважно. Я - очень выгодная партия. Если что - я могу даже жениться по вашему обычаю. Почему нет? Лиля вздохнула. - Амир, она - ребенок. - Ненадолго. Тьфу! Проторговавшись два часа, сошлись на одном и том же. Спрашиваем Миранду. Если она не против - заключаем предварительный договор. Если она против - речи не идет ни о чем. Договор заключили - и забыли лет на десять. Раньше шестнадцати Лиля ребенка никуда не отпустит. Ну разве что в гости. Ну а в пятнадцать (Лиля настаивала на семнадцати, но тут Амир ее переборол) заключается брак. Осуществление его будет в зависимости от состояния невесты. И - тут уже Лиля уперлась стеной - если Миранда захочет пользоваться противозачаточными средствами (принц покраснел, но поди, поспорь) - никто ей мешать не будет. Еще не хватало - каждый год по ребенку, в тридцать - уже старуха. Никаких! Пусть сама выбирает, когда рожать и сколько. А то вот один супругу в могилу родами свел, потом Тадж-Махал отгрохал, но ей-то не по фиг, где лежать? Любовь - любовью, но мозги тоже иметь надо! Сам Амир был весьма доволен. Даже если нельзя иметь четырех жен - почему бы мужчине не завести наложниц? А наследником может быть любой сын, лишь бы умный и сильный был. Зато Миранда выгодная партия. Уже сейчас она много знает и умеет. А Амиру и в Ханганате пригодятся женщины, которые могут плести кружева, знают как лить стекло такой прозрачности и гладкости, умеют лечить людей, плюс Миранда - родственница короля, что тоже ценно, не с помойки берем... Лиля это тоже понимала. Но - как тут сопротивляться? Амира она знает, юноша умный, достаточно порядочный, не намного старше Миранды. И король возражать не будет, и ребенок пока с ней поживет. А вот кого бы там супруг присмотрел? А хвост его знает! Мы не можем ждать милостей от Джерисона Иртона, мы можем их взять сами! Да и случись что с ней - Миранда отплывает к жениху. Ее тронуть побоятся. Ханганат хоть и не Уэльстер, но жизнь попортить может ощутимо. Просто раньше им это не надо было. А сейчас, когда начали налаживаться контакты... Что ответила Миранда? Разумеется, она согласилась. А кто бы отказался в ее возрасте. У Лили было большое желание надавать его высочеству оплеух. Но пришлось промолчать. Потом жизнь все расставит на свои места. Ладно. Впереди - бал. *** Джес рвался в свой городской дом. Но Рик не пустил его. - Подожди. Давай сначала к королю, а потом начнешь искать свою супругу. Глупо ведь выглядеть будешь. Джес не сомневался, что глупо он будет выглядеть в любом случае. Челюсть почти зажила, радуя теперь взгляд оттенками желтого, рука тоже... Джейми оказался отличным лекарем. А вот от его рассказов волосы дыбом вставали. Как-то никто графу Иртон о его дочери не писал. И о похищении, и о нянькиных делах - Джесу чуть дурно не стало. А смысл писать? Помочь не поможет, а волноваться будет. А Джейми рассказывал о жизни в Иртоне. Превозносил графиню, ругался на барона Донтера... Будь он один - Джес мог бы не поверить. Но когда и Эрик вслед за ним начал... Да-да, на следующий вечер отоспавшийся Эрик пришел, честно покаялся, мол, ни вели казнить, вели миловать. Сам понимаешь, ты тогда всякий разум потерял, а я на корабле капитан. И граф нужен для допроса.... Джес вздохнул и сменил гнев на милость. И поинтересовался, как там с личной дружиной графини Иртон? Ответ поверг его в тихий шок. Потому как вирманин тоже начал петь дифирамбы его жене. Красавица. Коса - Во! Грудь - Во!! Попа - Во!!! Все показывалось на себе,, заставляя Джеса поеживаться - а уж когда Эрик принялся вздыхать, что такую бы на Вирме на вес золота... Брррр... ну и вкусы у этих варваров! Ужас какой! А насчет личной дружины - официально Эрик был на найме у барона Брокленда. Как и вся его команда. А что клятву они принесли графине Иртон - так это ж ее отец! Он же родной доченьке плохого не пожелает! Служат они Лилиан Иртон, просто все бумаги - на барона. А то графиня не знает, как ее супруг на такой финт ушами отреагирует. Джес, к тому времени принявший с Эриком пару стаканов чего-то крепкого, только рукой махнул. Мол, переживем. Все ж на пользу, да и мы тебе, дружище, жизнью обязаны, какие счеты. Рик тоже слушал, искоса поглядывая на друга. И подвел итог - а мне не показалось, что он лгал... Джесу так тоже не казалось. Но... - знаешь, не верю я. Как-то странно, моя супруга - и такие номера... Должен, обязан за ней кто-то стоять! Если б она все время на глазах не была, я бы вообще поверил, что ее подменили! - Вот и узнаем все подробнее у отца. Во дворце было шумно и оживленно. Но принца не то, что пропустили - сопроводили под руки. И вместе с графом. Вирмане с ними не пошли, отправились ждать в караулку. Мол, пошлют за ними - тогда и.... не любит их король, что тут поделать? А Рик прямиком отправился к отцу. Эдоард сидел в своем кабинете. Чуть побледневший, чуть похудевший, но такой... родной. Ей-ей, надо уехать, чтобы понять, насколько тебе дороги близкие люди! И насколько тебе плохо без них! Рик не удержался - и обнял отца. И почувствовал, что руки Эдоарда чуть дрожат. - Сынок... Второе крепкое объятие досталось Джерисону. Потом Эдоард приказал секретарю принести травяной отвар для него - и вина для ребят - и закрыл дверь. - Ну, рассказывайте. Все ли в порядке? Да уж куда там... Эдоард только головой покачал, когда узнал, как пригодились вирмане. Если б не они, сражались, как львы, кое-кто там и полег... и вздохнул. - Надо будет им награду выдать. Графиня, конечно, в стороне не останется, но и мы уступить не должны. Все ж таки спасли. Рик горячо согласился - и предложил обеспечить вирман кораблями с верфи Брокленда. Эдоард пожал плечами - мол, Август и так чего-то там усовершенствовал. Но мы можем оплатить им несколько кораблей, классом повыше. Это вполне достойно. Рик принялся расспрашивать про заговор. Но вот тут Эдоард ловко вильнул хвостом. Заговор? Был. Еще какой. Авестерцы устроили. Нашли где-то фальшивого сына Эдмона и собрались посадить его на трон. От кого сын? Да от какой-то дворцовой служанки, подделали задним числом свидетельство о браке - и давай, вперед! Беда в другом. При этом погибли Ивельены. Почти все. Как? Плохо, подозреваем покушение, но выданное за несчастный случай, работаем, ищем виновных. Да, нам тоже горько и тоскливо. А что делать? Только отомстить заговорщикам за бедную девочку. И за ее семью тоже. Хоть и не любил я Ивельенов, но таки... Рика его величество намеревался посвятить в это дело полностью. А вот Джесу незачем. Здоровее будет. И он, и его жена, как-никак, это с ее помощью всех раскрыли... Так что подождем с откровениями. А пока... - Сегодня у нас бал-маскарад. - что? - Все должны прийти в костюмах. А если их нет, то хотя бы в масках. Без браслетов. И не кичиться титулами. Это в честь гостей из Уэльстера. - Мы только приехали... - Придворные портные вам помогут. А тебе, Джес, тем более надо быть. - Зачем? Я домой хочу... - Затем, что здесь будет твоя жена. - Моя - жена? Но... - Ты еще не понял, что она имеет мало общего с образом розовой коровы? Лилиан Иртон - милая и умная женщина. Поэтому мой тебе совет - погляди на нее сначала так. Под маской. Я скажу тебе, кем она нарядится. А потом уж явишься домой. И... мне бы хотелось поговорить с тобой наедине. Сейчас. Рик, давай пока ты к придворным портным, пусть тебе что-нибудь подберут... - Я лучше у вирман одеждой разживусь. А знак примирения. Эдоард кивнул. - Молодец, сын. А с вами, граф Иртон у меня сейчас будет отдельный разговор. Рик подмигнул приятелю - и вышел. Джес ссутулился в кресле. Но Эдоард не стал его распекать. Просто посмотрел и устало вздохнул. - Да хватит уж... я ведь не дурак. Что ты хочешь мне сказать? Что твоя жена в Иртоне решительно отличается от твоей жены сейчас? Джес кивнул. И это - тоже. И не только это. Но... - Может, я сначала вас послушаю? - Послушай, я ведь с твоим отцом всю жизнь дружил, тебя с колыбели помню. Ты мальчик неглупый. И сейчас, наверняка, злишься на свою супругу. Джес пожал плечами. - Сейчас? Нет, сейчас уже нет. Вот раньше - было. А сейчас... перегорел. - Хорошо, что перегорел. Потому что я тебе так скажу. Этот брак мне нужен. Лилиан - умная женщина. Я собираюсь дать ей титул, так что второй твой сын будет носить титул барона Брокленда. Или третий - кому таланты деда передадутся. Лилиан просила. Если я даю ей дворянство - а я дам, Брокленд - становится наследным дворянством. - Лилиан - дворянство? Эдоард коснулся роскошного кружевного манжета. - а ты, племянник не удивляйся. Были уже такие случаи в истории. И готов поклясться чем угодно - тогда мужья этих дам так же походили на раков. Большими выпученными глазами... А дальше было два пути. Или развод - но тут я поддержу твою жену. Она мне нужна. Или - ты слегка переламываешь свою гордость... вот честно. Гулял от жены? Джес даже и глаз не потупил. Ну, было. - Украшения ее любовницам дарил? - Ее украшения? - А то ж. - Э... - Тебе Август отдал ее украшения - ты что с ними сделал? - Не помню. Но я ей отдал все украшения Иртонов... - А пару ее колец подарил своей любовнице. Август выкупил, в том числе кольцо, принадлежащее матери Лилиан. И пришел в бешенство. Едва успокоили. Джес присвистнул. Тут он Августа мог понять. Оскорбление нешуточное. Хоть он и не со зла... но ты докажи? Дверь скрипнула. - Ваше величество... - Входите, графиня. Внутрь скользнула Алисия Иртон. - Сынок... рада тебя видеть невредимым. - Матушка.
Джес выполнил весь придворный ритуал раскланиваний, не заметив в глазах Алисии особой теплоты. - рада, что ты жив. Это многое упрощает. Но и многое меня тревожит. Какие у тебя намерения в отношении жены? Джес развел руками. - Сейчас и сам не знаю. Вот честно - сначала хотелось голову ей оторвать. Потом - запереть в Иртоне. Потом - сначала поговорить, а следом все перечисленное. Сейчас мне сначала хочется поговорить, а потом уж решать. Я ей жизнью как-никак обязан... Эрик - это ведь... - Ну да. - У него был строгий приказ. Тебя и Рика он спасал бы любой ценой. - Алисия была серьезна, как никогда. - Хотя мы почти ни на что не надеялись. - да, заговор... ваше величество, отдайте мне тех, кто убил Амалию? Я их... - Найдем - отдадим, - пообещал Эдоард, мысленно ставя галочки в списке заговорщиков. Была там парочка - пусть Джес вызовет их на поединок, а там и прихлопнет. Туда и дорога. - а теперь вернемся к твоей жене. Где ее девичья доля? - Э... - искренне растерялся Джес. - Я ей посылал деньги в Иртон. Тратить их там, конечно, некуда, но все ж... можете проверить! - а управляющий воровал. Теперь понятно, откуда у него такие суммы. Ладно. В этом ты не виноват. Идем дальше. У Лилиан к тебе особых претензий нету. Ее опаивали, ей было плохо... не разобрался? А кто б тут разобрался, когда докторус врет в глаза... - нашли, кто его нанял? - Ты думаешь, покушались только на Амалию? - горло у Эдоарда перехватило. Говорить о дочери до сих пор было больно. - Все те же, все там же... кстати - твои знакомые Йерби. - Твари! - Сам виноват. Надо бы тщательнее приглядываться к тем, кого на работу берешь. А ты - с глаз долой, из сердца вон. Джес, ты с Августом работал? - Есть такое... - Вот и посмотри на него. Умница, профессионал... - Разве что слишком со своими мастеровыми носится. - а ты привыкай. Лилиан - такая же. Если кто ее людей тронет - стеной встает. Джес помотал головой. Вот уж во что верилось с трудом. - Истерики закатывает? - Я же тебе говорил - ее опоили. Граф Иртон тяжко вздохнул. - Что вы от меня хотите? - Значит так, - Эдоард смотрел жестко и холодно. - Сегодня на балу присмотрись к своей жене. А завтра-послезавтра я устрою вам встречу. Поговоришь, подумаешь... мне кажется, что она тебе понравится. Если поведешь себя по-умному - я вам только помогу. А по-глупому... - Видел бы ты, как ее придворные взглядами облизывают, - усмехнулась Алисия. Джес не видел. Но внутри что-то дернулось. Его жену? Вот еще не хватало! - Сейчас Ричард вернется, пойдешь к придворным портным. Потом поспишь пару часов до бала - и действуй. Столько женщин по тебе вздыхают, неужели свою жену не обаяешь? В этом Джес не сомневался. - ты ей хоть подарок какой купил? Джес закивал. Тут им повезло. Их личные вещи были спасены вирманами с тонущих кораблей. - да, кое-какие приятные мелочи. - Покажешь матери. - Хорошо. Но зачем? - А кто тебя знает - еще перо с чернильницей ей в подарок привезешь... - А что такого? - удивился Джес. - Ей я не привез, писать-то она толком не умеет, но себе купил. Очень удобно, говорят, их здесь мастер Лейтц делает... - Делает, - прищурился король. - А идею ему подала твоя супруга. Она же с них и деньги получает. Джес как сидел, так и застыл, только рот открылся. Алисия усмехнулась. Коснулась шикарного кружевного воротника с вплетенными бусинами. - Это мне подарила Лилиан. Кстати, Миранда здесь сегодня. Не хочешь увидеться? Джес хотел. И еще как! Дочь он обожал! И дико соскучился! В дверь чуть стукнули - и вошел Рик, необычайно симпатичный в наряде вирманина. - Отец? - полагаю, ваше величество, мне стоит проводить сына в малую изумрудную гостиную и пригласить туда Миранду, - провозгласила Алисия. - А вы тем временем поговорите с сыном. Эдоард одобрил ее кивком - и Алисия кивнула сыну на дверь. Джерисон послушно пошел вслед за матерью. В гостиной Алисия оглядела его. - Так... причешись, что ли. И руки вытри. Тоже мне граф, иные хрюшки чище! - Матушка! - Что - матушка! Чистота - залог здоровья. И вообще... ладно, потом переоденешься. Надеюсь, Миранда это простит... - А что она делает во дворце? - Гостит у принцесс. У них новое увлечение. Теперь они втроем записывают истории про барона Холмса. - Про кого? Алисия грустно посмотрела на сына. - ты многое пропустил, Джерисон. Так что ничему не удивляйся. И вышла. Джес остался один. Погляделся в зеркало, полированная пластина послушно отразила симпатичного мужчину... пригладил волосы, поправил манжеты. Дверь распахнулась. - Мири! - радостно обернулся Джес. И не узнал своей дочери. Он оставлял бледную и трепетную аристократку. А перед ним сейчас стояла... Невысокий рост не мешал девочке держаться с королевским достоинством. Странная одежда - синяя юбка, синий жилет, белая рубашка. Широкий пояс украшен ножом в красивых ножнах... нож? У его девочки? Следом за Мирандой неотступно следовала здоровущая серая собака. Явно вирманская сторожевая. В ответ на его голос песик оскалился и зарычал, показывая немаленькие зубки. Да и сама Миранда. Загорелое веселое лицо, какое-то повзрослевшее, черные волосы заплетены в сложную косу, на губах улыбка. - Папа!!!! Девочка сорвалась с места и повисла на шее у отца. Джес подхватил счастливо болтающую ногами дочь. - папочка! Приехал! Живой!!! Слава Альдонаю! Джес крепко обнял дочь - и рядом раздалось злобное рычание. - Ляля! Стоять! Свой! Рычание стихло. Миранда выдохнула. - Успела. А то ведь и кинулась бы. - на меня? - Ты же чужой... - Я - твой отец. - Верно. Но Ляля тебя не знает. - А почему Ляля? - мне ее Лиля подарила. Она хорошая... - Лиля? - Папа, ты забыл, как маму зовут? - Маму?! - Джеса хватало уже только на односложные вопросы. - Твою жену, Лилиан, мою маму... - Миранда, а ты помнишь, что она тебе не родная? - Джес уточнял осторожно. Миранда сморщила нос. - Не та мать, что родила, а та, что вырастила. Я первую маму и не помню. А Лиля хорошая. Фууу... Мири вдруг активно начала выворачиваться у отца из рук. - Папа, это от тебя так пахнет? Джес недоуменно втянул носом воздух. Да, наверное... путешествовал же на палубе вирманского корабля, да и переодеться не во что было, сюда пришли, как получилось. Но не так уж и сильно от него пахнет. - А... - Папа, купаться надо хотя бы раз в день. Каждый день. А одежду - стирать почаще, - выдал ребенок. - Ты меня не испачкал? - Миранда осмотрела себя. - Вроде нет. А то Марсия ворчать будет. - Марсия? - наша портниха. Она вечно ругается, если я в новых нарядах куда-то влезу. - На тебя? Она - кто? Миранда сдвинула брови. - Она - человек. Который тяжело трудился, чтобы сшить мой наряд. А я его порвала или испачкала... разве это хорошо? - И что? Ты - графиня... - графиня - не значит свинья, - отрезал любимый ребенок, окончательно нокаутируя папочку. - Я только что с корабля... Раньше первым вопросом было бы: 'что ты мне привез'. Сейчас же... - Я могу попросить слуг, чтобы они принесли тебе ванную - и чистую одежду. - Я сейчас схожу к дворцовым портным... - Но не на грязное же тело надевать чистую одежду? Ты сходи, а я пока распоряжусь. Пусть все подают в покои к бабушке... - Бабушке? - Папа, ты знаешь, где во дворце живет бабушка? Вот туда и приходи после портных. Джес кивнул. И без сил упал в кресло. Нет, кто тут сошел с ума? Он, Миранда, мир? *** Дворцовые портные осчастливили Джерисона костюмом... альдона. Джес и сопротивляться не стал. Покорно принял маску и поплелся в покои Алисии. Миранда не обманула. Там стояла большая ванна с горячей водой. Джес залез в нее и принялся обреченно тереться щеткой. М-да. И что сделали с его ребенком? Где капризы, где слезы? Перед ним просто маленькая принцесса. Роскошно одетая, красивая... а как ведет себя? - Пап, ты кем наряжаешься? Джес вынырнул из мыльной пены. Миранда стояла рядом. - Малышка, ты не знаешь, что вламываться в покои к мужчинам - не положено? - Ты - мой отец. А покои - моей бабушки. - Но я мог быть без одежды! - И что? Я видела людей без одежды, - Миранда пожала плечами. Джес от такого известия чуть не утопился. - Ко... буль... го? - Например, Амира Гулима. Он принц, но когда его привезли, вообще на скелетик похож был. Лиля шутила, что по нему строение скелета надо изучать. - Амира... - Принц Ханганата. Он хороший, хотя пока и бестолковый... - И как ты его увидела голым? - начал закипать Джес. Миранда пожала плечами, совершенно не понимая - из-за чего возмущается отец. - когда мы его лечили. И он не весь голый был, Лиля сказала, что на полностью голых мужчин мне смотреть рано. А у меня была практика по лекарскому делу. - практика... - Мама настояла, чтобы я училась. Мало ли какой мне докторус попадется... я сначала не хотела, а потом мне понравилось. - вот как... мама? - она сказала, что если бы она знала больше - обошлось бы без выкидыша. - Выкидыша? - Ну да. Она ведь моего братика потеряла, ты не знал? Джес ушел под воду. М-да... раньше было лучше. Определенно. - Миранда, а ты понимаешь, что это - неприлично? - что может быть неприличного в нашем теле, если его создал Альдонай? - Миранда искренне не понимала, чем недоволен отец. - Мы учимся оказывать первую помощь... - Ты - графиня. Тебе это ни к чему. - А что - графине надо быть бесполезным существом? - Миранда прищурилась, маленький подбородок выпятился вперед, сильно напомнив Джерисону сестру... - Малышка, почему - бесполезным. Просто... - папа, мы поговорим об этом потом. Купайся. А я буду у принцесс. Этому приему Миранду тоже научила Лиля. Если разговор сворачивает не туда, куда тебе надо, а спорить и ругаться не хочешь - удирай. Вежливо, корректно, налево. Мири и удрала к Анжелине и Джолиэтт. Девочки втроем записывали истории про барона Холмса. А потом собирались попросить у Лили, чтобы их напечатали. Интересно же! Джес домылся и принялся одеваться. Бал? Отлично! Почему бы сначала не поглядеть на свою супругу издали? А отношения выясним потом. Если его величество в ней так заинтересован - лучше не лезть на рожон. Да, Джерисон был вспыльчив, высокомерен, он ни в грош не ставил тех, кто ниже его - но дураком он не был. Сначала разведка. Потом действия. *** Бал-маскарад. Большой королевский бал. Все приходят в масках. У кого есть костюмы - в них. У кого нету - просто в платьях. Все браслеты и знаки статуса снимаются на это время. Одиноким подбирается пара прямо на входе. Танцы, вино, флирт... Эдоарду это нравилось. Когда он был молодым - они с Джесси обожали эти балы. На них они могли быть свободными. Сейчас же - пусть развлекаются дети. Сам он танцевать не собирался - и для него был оборудован 'королевский угол'. Удобные кресла, стол с разными закусками, свечи, создающие приятный полумрак... Отсюда он мог наблюдать почти за всем залом. Сегодня к нему присоединится еще и его величество Гардвейг. Да, это против протокола. Но... кто смеет спорить с королем? Двумя королями? Тем более, что оба величества собираются породниться, оба будут в масках, оба не возражают поболтать, оба не могут танцевать и развлекаться... у них много общего. Да и вообще - если Эдоарда с кем и связывали дружеские отношения - ну, насколько это можно у королей - то только с Гардвейгом. Было в нем что-то такое, что Эдоард сравнивал со своей судьбой. У обоих - нелюбимые жены. Только Гард оказался сильнее, да и короля-отца у него не было. Мальчишкой остался на престоле. Вот и пришлось выживать. Эдоард искренне сочувствовал Гардвейгу, когда у того не было сыновей. Сейчас же был только рад. Род не прервется. Это - главное. Эдоард удобно устроился в кресле. Тахир дин Дашшар встал за его спиной, но Эдоард кивнул ему на стул в углу. - Считайте, я разрешил вам сидеть в моем присутствии - сегодня. Бал будет долгим, мне не нужно, чтобы вы к концу его с ног падали. - Как прикажете, ваше величество. - Полагаю, графиня будет чуть позднее? - Она прибудет вместе с ханганами, ваше величество. Уже три. Амир Гулим пока еще не король, он только принц, но может и стать королем. Надо налаживать контакты.... Идеальным вариантом было бы выдать за него кого-нибудь из принцесс. Анжелину или Джолиэтт.... Иная вера? Простите, но какое это имеет значение там, где речь идет о благе государства? Не сейчас, нет, но в будущем, союз Ативерны, Ханганата и Уэльстера может заставить считаться с собой даже стервятников с Лориса. А то и повычистить их гнездо? Почему нет? Гардвейг прибыл вторым. Удобно усттроился в кресле, покосилсчя на Тахира, небрежным жестом отослал всю свиту, кроме пары доверенных слуг. - Ваше величество... - Ваше величество... Короли едва заметно 'раскланялись' друг с другом. Улыбнулись из-под масок. Маленьких, легких, но все же... - Как ваше самочувствие, друг мой? Эдоард чуть опустил ресницы. - С тех пор, как Тахирджиан занялся моей болезнью, я чувствую себя намного лучше. А как ваша нога? - Полагаю, мне стоит попросить у вас разрешения - и пригласить к себе вашего лекаря, - Гардвейг чуть усмехнулся. Осведомленность показали. Теперь... Эдоард не замедлил проявить благожелательность. - Разумеется, господин дин Дашшар? - Ваше величество? - Тахир поспешно изобразил поклон. - Надеюсь, вы не откажете в любезности осмотреть ногу нашего глубокоуважаемого гостя? Его величество Гардвейг... - Ваше величество, я гость на вашей земле и ваше желание - закон для меня. Но моя ученица... - я дам ей разрешение, - кивнул Эдоврд. И кратко пояснил для Гардвейга. - Ее сиятельство графиня Иртон, жена моего племянника - главная причина того, что господин дин Дашшар еще не уехал к себе в Ханганат. - И почему же? - Гардвейг вскинул брови. - Я обещал госпоже научить ее всему, что знаю сам, ваше величество. А слово чести... - разве ханганы ценят слово, данное женщине? - Любому существу. Даже если ты даешь слово наедине с собой - Звездная кобылица читает в твоем сердце. И растопчет внутренности лжеца и предателя. Гардвейг пожал плечами. Варвары, не знающие Альдоная. Что тут скажешь? Только одно. - я буду счастлив видеть и вас, и вашу ученицу. Тахир низко поклонился. И опять отступил в тень. Кажется, ему предстоит еще один интересный случай. А народ все прибывал и прибывал... *** Лиля прибыла в свите Амира. Она сильно подозревала, что покоя ей не дадут. А потому... Изначально она сделала вид, что надела ханганский наряд и маску. Завернулась в покрывала... а под ними был совсем другой наряд. Черное длинное платье. Вот с плащом она еще не знала как. Танцевать в нем было бы неудобно... в итоге от реечек пришлось отказаться. И просто вшить несколько полос ткани так, что создавалась иллюзия крыльев, паруса... пусть развеваются, лишь бы никому глаз не выбили. А с рейками могло быть и так. Показалась на входе мажордому. А потом под прикрытием ханганов, скользнула за портьеру. Размотать покрывало? Да пара пустяков! И выпорхнуть ночной черной бабочкой. Даже маска поменялась. С белой на черную. Вот так. Отдать все лишнее одному из сопровождающих Амира - и он уберет. Чтобы никому на глаза не попалось. И - вперед. Расслабляться, танцевать, флиртовать... Женщина она - или лошадь рабочая? Надо хотя бы попробовать расслабиться! *** 'Вирманин' Ричард и 'альдон' Джерисон беспрепятственно вошли в зал. Им тут же подобрали пару, мужчины провели дам по залу в танце - и ловко растворились в толпе. Этим искусством владел любой придворный. Ричард отправился к отцу. Там мелькала чалма какого-то хангана, там шла серьезная беседа. А Джерисон решил пройтись по залу и поискать свою супругу. Итак, где у нас особо крупные дамы? Никто не удосужился сообщить графу Иртон, что к его жене теперь больше применимо понятие 'приятная полнота'. А сам он по привычке искал копну в розовом. И не мог найти. Зато взгляд останавливался то на одной даме, то на другой, соблазнительные вырезы, округлые руки, блестящие глаза под масками... Джерисон сделал пару кругов по залу - и даже слегка заскучал. Потанцевать? Почему бы нет. Хотя бы пару кругов. И продолжим поиски. *** - Лилиан... Лиля обернулась так резко, что коса выбила бокал из рук маркиза Фалиона. - Маркиз! - рад вас видеть, Ли.... - Нет-нет, - Лиля взмахнула рукой в воздухе. - Сегодня маскарад. Не по имени, прошу! - Но как же... - называйте меня.... Мышкой? Сегодня... - Вы не похожи... - а на летучую? Фалион чуть улыбнулся. - Пожалуй. Тогда и я для вас на сегодня Алекс. Лиля подарила ему улыбку. - Потанцуем, Мышка? - Алекс, так пригласите же даму... Взметнулись черные крылья из ткани за спиной женщины. Лиля плохо танцевала, но с таким партнером, как Фалион - это было одно удовольствие. Александр вел ее уверено и спокойно, подсказывал шаги, чуть улыбался, шутил... Кажется, вечер начинал оправдывать ожидания. А то Лиля уже и затосковать успела. Грязно, тоскливо, воняет... так! Довольно! Никто тебя веселить не будет! Изволь сама себя развеселить. А потом уже получишь удовольствие и от местного антуража. Три шага. Поворот. Проход. Еще два поворота. - Алекс, вы отлично танцуете... - Мышка, вы чудо. - я действительно готова взлететь, - рассмеялась Лиля. - Мне так легко... - вы сегодня очаровательны... - А в обычные дни? - Вы всегда прекрасны... Обычный пустой разговор. А сердце - сердце бьется быстрее из-за танца. И от него же кружится голова, и плывут в глазах звезды. Только от него... Лиля и не заметила, как прошла в танце мимо высокого альдона в маске. Сначала один раз, а потом, по фигуре танца, еще и обратно. *** Джерисон подпирал стену, потягивал вино из высокого кубка и рассматривал танцующих. Жену найти пока не удавалось. Хотя его и заверили, что графиня Иртон здесь - в восточном наряде из Ханганата. Но такого он пока не видел. И просто смотрел. Звонкий смех ударил, словно плетью. - Мышка... Фалион? Нельзя сказать, чтобы они были приятелями. Но общались без вражды. И Джерисон знал его голос. А сейчас поражался. Для сыночка 'Вяленой Щуки' такой тон был... да он всю жизнь относился к женщинам ровно и потребительски. А чтобы смеяться? С кем это он там?
Он влюбится в прекрасную незнакомку и начнет ее поиски, а в Лиле ее не узнает.... И начнется бодяга бодяжная! Флиртовать с альдоном?!!! Альдон-это как то не сексуально что ли... Лучше зайчик или снежинка.
Сообщение отредактировал Шата - Среда, 30.07.2014, 10:57
Джерисон пристально вгляделся в спутницу давнего знакомого. Симпатичная, ничего не скажешь. Лица не видно, но фигура определенно заслуживает, м-да.... Шикарный бюст, высокий рост, но толстой ее не назвать. Стройная, статная, этакая вирманка... светлые волосы, длинные, перевиты черным жемчугом - недешевое украшение. Платье интересное... Попробовать познакомиться? Близким другом Джес Фалиона не считал. А потому мог спокойно отбить у него даму. Пару раз уже так было, почему бы и не повторить? Хотя... нет. Не стоит. Ему надо найти супругу. И приглядеться со стороны. А если он сейчас начнет... определенно - не надо. Лучше воздержаться. И вообще выйти в сад. Погулять немного там или посидеть в беседке... рука болела, настроение ухудшалось, где бродит эта корова?! *** 'Корова' честно протанцевала с Фалионом несколько танцев - и решила, что пока - хватит. Надо бы выйти в сад подышать воздухом. Как ни крути - не ее это. Ой, не ее. Люди сильно потеют, когда танцуют. И пахнут. А когда от этакой нежной нимфы на тебя шибает ароматом пота, духов, грязной одежды, цветочной воды... увольте! Лучше неделю в бомжатнике! Лиля обмахнулась веером - и направилась в сад. Фалион хотел составить ей компанию, но его отвлек какой-то толстячок - и Лиля беспрепятственно выскользнула на веранду. Сад? Тоже вопрос. Если кто не в курсе - отходы жизнедеятельности там попадаются на каждом втором шагу. Так что погулять... Лучше где-нибудь посидеть. Рисковать новыми туфельками Лиля не хотела. Да, после долгих мучений, ей удалось сделать... что-то, близкое к нужному. До шпилек, супинаторов и лодочек было еще очень далеко. Но вот сделать платформу и наметить каблучок - это могли и местные мастера. Так почему - нет? На каблуках себя иногда и стройнее чувствуешь! Кажется, где-то здесь должна быть беседка? Лиля огляделась. Ага, вот эта подойдет... или занято? Женщина пригляделась. Нет, вроде бы никого не видно. Идем? Идем.... *** Когда на пороге беседки воздвиглась женская фигурка, Джерисон искренне удивился. Но выругаться или как-то отправить даму прочь не успел. - Извините, - тут же отреагировала женщина. - Я не видела, что тут занято. Скользнула по черной ткани светлая коса. И Джерисон узнал ее. Спутница Фалиона. На ловца и зверь? Нет, в зале он не стал бы. Но здесь-то... и вообще - ни к чему серьезному это не приведет. Это просто флирт. Вот! - госпожа, я буду рад вашему обществу. Прошу вас разделить со мной это уединение. Полагаю, вам тоже наскучили придворные увеселения? Женщина чуть склонила голову. - Да, пожалуй. Благодарю за любезное приглашение. Она сделала несколько шагов в беседку, провела пальцами по скамейке, отряхнула их, потом вытащила из кармана носовой платок, вытерла скамейку уже им - и уселась. - Еще раз благодарю. Откинула назад голову - и прикрыла глаза. В беседке разлилось молчание. Лиля не собиралась разговаривать, а Джерисон просто не представлял себе, что делать дальше. Странно как-то, обычно женщины охотились за ним... а тут вдруг... *** Анелия Уэльстерская танцевала, смеялась и развлекалась вовсю. Альдонай Великодушный, как же здесь замечательно. Все склоняются перед ней, она принцесса, сияют драгоценности, шуршат шелка.... Да! Она желает быть королевой! Она создана для этого... Чернобородый ханган склонился перед принцессой, прикладывая руку к сердцу. И Анелия приняла приглашение. Почему нет? Музыка звучала и звучала. Но... - Анелюшка, сердце мое... Анелии повезло, что они чуть отдалились от толпы танцующих. Поэтому, когда она начала оседать в обморок, ханган подхватил ее - и втолкнул в один из альковов. Похлопал по щекам, поднес к носу нюхательную соль. - Анелюшка, сейчас не время! Но прошло не меньше пяти минут, прежде чем принцесса пришла в себя. - Лонс... - Угадала, малышка. - Ты - живой?! - Да. И даже вполне процветаю. Я пришел за тобой. - За мной? В голове у Анелии кружился хоровод мыслей. За ней он пришел. Живой Лонс - катастрофа. Он ее не отпустит. Он может все разрушить. Обследование у повитух она не пройдет, если что. Несмотря на все ведьминские средства. Что ему надо? - Ты ведь моя жена. И я нашел для нас место. Там почти никого не бывает. Тишина, уединение, мы с тобой будем управляющими, хозяин - Лонс не потерял все соображение и не стал проговариваться про Лилиан Иртон - хороший человек. Он все понял. И примет мою супругу. - Ты хочешь, чтобы я уехала с тобой? - Ты - моя жена. Почему нет? Ты ведь... ты любишь меня? Анелия поспешно закивала. Да, Альдонай, да, лишь бы не было скандала. - Люблю. Н-но... как? Как получилось, что ты жив? - Мне повезло. Мы можем уйти прямо сейчас... Анелия покачала головой. - Нет. Сейчас не можем. - Почему? - Потому что... - Анелия уже опомнилась. И язык привычно принялся плести словесные кружева. - Наше посольство - оно ради договора. Все уже согласовано. Женой принца должна стать Лидия. Я же обязана здесь быть. Но если я сбегу сейчас - мы не выберемся из столицы. - Выберемся. Я знаю - как. Но Лонс заколебался. Побег он не готовил, что верно, то верно. А надо добраться до гавани, найти корабль... вирмане помогут, но в ночь они не выйдут, только с отливом. А до того принцессы хватятся... да и помогут ли вирмане? Для графини они сделают все, так ведь он - не графиня. И Анелия, без всего самого необходимого, на корабле... Анелия почувствовала его колебания. - Нас будут искать. И кроме того... нам ведь нужны деньги, разве нет? - Да... - я могу взять свои украшения. Это будет не лишним. - ты мне дорога без украшений. - Лонс, но почему нет? Не нам, так нашим детям... Анелия выглядела такой невинной... - Анелюшка... не могу без тебя. Анелия уперлась Лонсу в грудь обеими руками. - Приди в себя. Если нас тут застанут... - Когда я увижу тебя? Как? Анелия задумалась. - как бы... я тут чужая, я ничего не знаю... ты бываешь во дворце? Лонс кивнул. Как сопровождающий Лилиан Иртон или Миранды Иртон - он мог пройти. - Я могу прийти. Но лучше.... Здесь есть храм Альдоная. В двух шагах от дворца. Приходи туда по утрам на службу. Анелия кивнула. - Не завтра, но я приду. Клянусь. - Я скажу, когда все будет готово. Ты согласна уехать со мной? Анелия закивала. - да. Готовься. Лонс поцеловал ей руку. - Любимая... - Я тебя тоже люблю, - призналась Анелия. - а сейчас уходи. Если нас застанут вместе... Лонс кивнул. И исчез за шторой. Анелия сидела еще минут десять, приходя в себя. Самая страшная опасность устранена. Бежать сию секунду ей не придется. Но... что же делать? К кому советовал обратиться Альтрес Лорт? Не сейчас, не на балу, но... Бежать невесть куда, с воскресшим (Мальдоная его бы забрала!) супругом, Анелия не собиралась. Только не тогда, когда она может стать королевой Ативерны. Вот еще не хватало! Умер? И все тут. И не являйся живым. Или придется отправить тебя обратно, к мертвым. *** Свежий воздух после бально-зальной духоты оказал на Лилю почти опьяняющее воздействие. Она сидела, откинув назад голову, и почти 'плыла'. Хорошо, уютно... Мужчина напротив тоже молчал, не делая ни малейших попыток приблизиться. Вот и чудненько. Ей был нужен не флирт, а отдых. Но увы. Идеальных мужчин не бывает. И тишина вскоре оказалась нарушена. - Странно, что такая красивая женщина - и одна. На месте вашего спутника, я бы вас не оставлял ни на минуту... - Откуда вы знаете, что я красивая, - лениво парировала Лиля. - Может, у меня все лицо в бородавках? - Зато голос у вас восхитительный. Смотрел товарищ при этом на грудь, что не осталось незамеченным. Надо бы фыркнуть и уйти, но было так лень... - И уши приятные, правда? - У...ши? - растерялся Джерисон. Но многолетняя выучка ловеласа взяла свое. - Не сомневаюсь, что вы прекрасны - полностью. Каждой частью... эээ... - Моего безусловно прекрасного тела, - ехидства в голосе Лили на троих хватило бы. Джерисон покаянно вздохнул, меняя тактику. - Смейтесь над несчастным, сраженным вашей красотой, милая дама. Смейтесь... как жестоко ваше сердце! Лиля вздохнула. Еще один канис вульгарис. Т.е. кобель обыкновенный. Как же вы все надоели. - Дама благодарна вам за приют. А теперь - всего хорошего. Лиля хотела было встать и выскользнуть из беседки, но Джерисон перегородил проход. - Прошу вас, не обижайтесь. Я не питал недобрых намерений... Лиля вздохнула. И разъяснила: - Сейчас вы начнете извиняться. Я приму извинения, и мы продолжим посиделки. Потом вы опять начнете свои заигрывания, я захочу уйти, вы меня опять удержите... и так достаточно долго. Пока одному из нас не надоест. Считайте, что мне уже надоело. Джерисон хлопнул глазами. - Я вам так неприятен? - Вы мне просто безразличны. Как и любой незнакомый человек. - так разрешите мне представиться. Джерисон. Граф Иртон. Лиля шатнулась. Схватилась рукой за стену беседки. - Д...джерисон? Граф с удивлением увидел, как лицо собеседницы под маской заливает мертвенная бледность. На миг ему показалось, что она сейчас упадет. Но нет. Выпрямилась, глубоко вздохнула.... А Лиле действительно стало плохо. Под маской она просто не узнала мужа. Голос что-то напоминал, но - и только. А вот когда он представился... это было, как удар под дых. - Мы уже знакомы? Не могу поверить. Я никогда не забыл бы такую красавицу... Ага, встречались в кровати. Женщина решительно тряхнула головой. Спокойствие, только спокойствие. Ты не нервничаешь... нет, ну вынесли же черти!? И что теперь? Здравствуйте, дорогой супруг? Да, я твоя супруга, каз-зел? Нет уж. Лучше третий вариант. - Посольство уже вернулось? - да, мы прибыли только сегодня днем. - и сразу же с корабля на бал? - С приказом его величества не спорят. - А вы тут выполняете задание его величества? Какое же? - прищурилась Лиля. - Это - государственная тайна. Лиля вскинула брови. - тогда я не стану выспрашивать. Кстати, я знакома с вашей супругой. Милейшая женщина... она с вами? Джерисон скривился так, что даже из-под маски заметно стало. - Д-да... она на балу. Лиля уже поняла, что ее не узнали. И решила воспользоваться случаем по полной программе. От себя-то она ни скандал, ни сцену не закатит. А вот сейчас, в полумраке, в маске... Генрих Айзенштайн хоть руки супруги вспомнил. А этому можно весь организм показать - и не поймет что к чему. В любом случае объявлять о себе и выяснять отношения сейчас ни к чему. - Передавайте ей мои приветы. Очаровательная женщина. Вам очень повезло с женой. - Д-да, безусловно. - И такой талантливый докторус... это так необычно для женщины. - Вы давно с ней знакомы? - Я бы не сказала. Но она уже успела произвести впечатление на придворных. Мой друг сказал, что хорошо вас понимает. Такую женщину надо держать в глуши, а то уведут... столица ведь полна искушений. - Да... - Она меня к вам не приревнует? - Н-нет. Она сейчас с принцессами, - нашелся Джерисон. Ага, с принцессами. Погоди ж ты.... - Скажите, а истории про барона Холмса вы ей рассказывали? Или это в детстве? - Барона Холмса? Джерисон напоминал себе попугая. Причем - глупого. Это надо было прекращать. - А вы не представитесь, госпожа? - О, нет, - тихий смех стал ему ответом. - Это ведь маскарад. И мне пора. Да и вам не стоит оставлять супругу одну так надолго. Джерисон еще раз скривился. Ему не хотелось отпускать эту женщину, так ничего о ней и не узнав.. - Но мы еще встретимся? - разумеется. Я бываю при дворе. - Я ведь не это имел в виду... Лиля сжала кулаки. Нет, ну погоди ж ты! А еще муж! - Вас ждет жена. А я тоже замужем. Извольте меня пропустить... - Но... я вас узнаю при встрече? Лиля усмехнулась. А потом вынула из уха сережку. Маленькая черная жемчужинка. Оправил мастер Лейтц. - Возьмите на память. И обязательно меня по ней узнаете. Захрустел гравий. Джес на миг отвлекся - и Лиля ловко толкнула его под руку. Так, что высокородный граф чуть пошатнулся. Но этого было достаточно. Не станет же он хватать даму за одежду? Женщина проскользнула мимо - и вылетела из беседки ракетой. И вовремя. На дорожке показался Фалион. Женщина бросилась к нему, вцепилась в рукав... - Уведи меня отсюда! Скорее... *** Джерисон наблюдал из беседки, как его незнакомка бросилась к Фалиону. Нахмурился. Но вроде бы близких отношений у них не было, иначе бы мужчина ее обнял, а не подхватил под руку. Да, заботливо, но двух любовников отличает многое. Жесты, взгляды, аура близости... Здесь этого не было. Забота, дружба - безусловно. Но не близость. Джес покрутил в пальцах сережку. Черный жемчуг. Дорогое удовольствие. Что ж, у него еще будет шанс. Да, какое-то время ему придется уделять жене, но... незнакомка его заинтриговала. Они еще встретятся. И разговор будет другим. Они обязательно встретятся. *** То же самое думала и Лиля, почти повиснув на Фалионе. Слава богу, Александр заметил, что женщину колотит крупная дрожь. Поэтому в зал он возвращаться не стал. Свернул с веранды в один из альковов, на минуту оставил женщину и вернулся с кубком вина. - Пей. Лиля послушно сделала пару глотков. - Что случилось? - Там был мой супруг. Скрывать Лиля не собиралась. Да и вино на стресс наложилось. - Джерисон Иртон? Удивления в голосе Фалиона не слушалось. И Лиля воззрилась на него. - Ты знал, что он вернулся? - Мой отец вернулся. А значит... я полагал, ты уже в курсе. Лилю затрясло. - Нет! Да!! Теперь я знаю!!! - Выпей еще вина. Кубок полетел в стену. - Проводи меня к карете. - Лилиан... - Я хочу домой. Проводи меня... - Я могу тебя сопровождать? - Да... Только быстрее, пожалуйста. Никто не заметил их ухода. *** В карете Лиля сжалась в клубочек и забилась в самый угол сиденья. Поднимали голову воспоминания Лилиан-первой. И если кто-то назовет их приятными - плюньте гаду в нос! Когда вы любите - и вас разлучают с любимым - у вас остается ощущение своей правоты. Вы ведь могли быть счастливы. Вы любили, вы могли... это просто судьба такая. А вот когда вы-то любите, а на вас наплевать... Именно это было у несчастной толстушки. Именно это... Любовь. Уж какая есть. Глупая, безнадежная, истеричная.... Но - любовь. И прояви Джерисон чуть больше заботы, внимания, понимания, пришли хотя бы цветок, хотя бы что-то... До могилы толстушку довели не только покушения. Но еще и отсутствие любви. Потеряв единственное, что привязывало ее к любимому человеку, она расхотела жить. Сейчас Лиля рвалась на части. Лилиан Иртон любила. Все еще... дрожала от одного звука его голоса. Мечтала о теплоте в синем взгляде. А Лиля... Женщина всю жизнь исповедала принцип - не любишь - пошел вон! И вообще у нее Лешка был. Алешенька... Вдох. Выдох. Спокойствие. Куда там... - Останови.... - выдохнула Лиля. Фалион что было силы застуччал в сттену кареты. Лошади замедлили ход. И Лиля поочти вывалилась на дорогу. Упала бы на колени, если бы Фалион не подхватил. И женщину начало выворачивать наизнанку. Такая вот нервная реакция. Ее рвало желчью. Жестоко и безжалостно. До сухих болезненных спазмов. Александр был рядом. Поддерживал женщину под руки, вытирал поот со лба, потом постарался напоить водой... пару глотков Лиля таки сделала - и все пошло по новой. Проошло не меньше часа, прежде чем она чуть-чуть пришла в себя. Фалион держал ее на руках и смотрел с искренним сочувствием. - Лилиан... Лилечка... Лиля уткнулась лицом в его плечо. И на миг закрыла глаза. Хотя бы секунду, хотя бы минуту - но ощущать себя защищенной. Хотя бы так... - Все будет хорошо. Правда... - Это из-за... него? Лиля кивнула. - Я убью его... - Прекрати, Александр. Не надо, - Лиля впервые говорила так спокойно. - Это ничего не изменит... - Ты будешь свободна. - а король тебе не простит. Не надо. - одно только слово... Лиля молчала. Если мужчина способен на такое - приводить женщину в чувство, видеть несчастную, разваливающуюся на куски - и вот такое... - Александр... Фалион мягко отвел золотистые пряди с усталого лица. - Ты всегда можешь на меня рассчитывать. Всегда. Лиля вздохнула. - Я хотела бы... ох, Александр... Фалион помолчал минуту. А потом коснулся губами лба любимой женщины. - ты знаешь. Лиля сжала его руку. - Поедем, Александр. Мне надо домой... Фалион повиновался без единого слова. Они сидели в карете - и молчали. Но это молчание было выразительнее, чем сотня слов. Я сделаю для тебя все... Я не позволю тебе подвергать себя опасности. Я сам решу. Ради меня - не жертвуй собой. Даст Альдонай - все образуется. Альдонай помогает тому, кто сам себе помогает... Поздно ночью Лиля смотрела на спящую Миранду. Как всегда девочка забралась в ее кровать. Как всегда, собаки улеглись в ногах, стянув на себя все одеяло. Лиля вдохнула. Выдохнула. Сейчас она уже чуть успокоилась - и могла рассуждать здраво. А теперь - логический анализ. Ты до сих пор любишь мужа? Или это физиологическая реакция? Типа условного рефлекса? Скорее второе. Уже легче. Нужен ли тебе такой бабник в копилку? Лиля прикусила губу. Вот тут ответ однозначный. Пока - нужен. Но на своих условиях. Согласится - отлично. Нет? Пусть проваливает к черту! Разведемся, найдем себе нового мужа... так, притормози? Ты не в двадцать первом веке, где разводиться можно было хоть по шесть раз на неделе. Здесь тебя за это сожрут. Или подавятся? В любом случае, козырь у нее уже есть. Чтобы на балу, где присутствует твоя жена, начать клеить какую-то женщину - это надо вовсе совести не иметь. Это первое. Второе. Она предупреждена. А значит подготовится к визиту по полной программе. Держитесь, граф Иртон... а то снесет! А Фалион? А вот тут сложнее. Он - любит. Иначе не было бы... такого. А она его? Любит? Или это просто желание опереться на сильное плечо? Желание защиты? Стремление побыть слабой? Если так - плохо. Она сильная, умная, но стоит ей стать слабой - и что будет дальше? Долго она такой не пробудет. Да и Фалион - любит он - или просто желает? Не знаю, ничего не знаю... Да поможет мне Бог. *** С утра Лиля решила не ехать в Тараль. Какая разница? Все равно все из рук валиться будет... Оно и валилось. Шпилькой чуть в ухо не попала, пояс порвала... зато Мири была довольна и счастлива. - Папа приехал! Только ради девочки Лиля готова была мириться с графом Иртон. Любит она ведь отца. Любит... А еще... Амир прав. Надо поговорить с Эдоардом - и составлять брачный договор. Если у них развернется война - нельзя, чтобы Мири была в ее центре. Нельзя никак. Женщина оглядела себя в зеркале. Отлично. Зеленое платье, белая отделка, простенькие украшения - браслет и кольцо обязательны, пара сережек - и довольно. Единственная роскошь - кружевные перчатки. А то ж... Ногти грызть - та еще засада... Миранда покрутилась немного и умчалась на занятия. А Лиля уселась в гостиной со свитком. Может, хоть написать что-то? Но мозг не работал. Лиля тупо смотрела на одну и ту же строчку. И даже не сильно удивилась, когда в дверь поскреблись. - Ваше сиятельство, прибыл господин граф. - Иртон? - да, госпожа. - Проси. Лиля оправила на себе одежду - и развернулась к окну. Вдох. Выдох. Спокойнее, девочка, спокойнее... сердце колотится как бешеное... если тебя опять вывернет наизнанку - на господина графа, вы уж точно не договоритесь. Дыши ровнее. Спокойнее...
С утра Лиля решила не ехать в Тараль. Какая разница? Все равно все из рук валиться будет... Оно и валилось. Шпилькой чуть в ухо не попала, пояс порвала... зато Мири была довольна и счастлива. - Папа приехал! Только ради девочки Лиля готова была мириться с графом Иртон. Любит она ведь отца. Любит... А еще... Амир прав. Надо поговорить с Эдоардом - и составлять брачный договор. Если у них развернется война - нельзя, чтобы Мири была в ее центре. Нельзя никак. Женщина оглядела себя в зеркале. Отлично. Зеленая юбка-брюки, зеленая блузка, белая отделка, простенькие украшения - браслет и кольцо обязательны, пара сережек - и довольно. Единственная роскошь - кружевные перчатки. А то ж... Ногти грызть - та еще засада... - Ваше сиятельство, к вам гонец от короля. Гонец поклонился, преклонил колено и вручил свиток. Лиля сломала печать и пробежала глазами несколько строчек. Явиться ко двору. Немедленно по вручении свитка. Ну, раз немедленно - значит так и поеду. А зачем? А и так понятно. Граф приехал. И если его величество не проведет первую встречу под своим контролем - Лиля бы очень удивилась. - Сейчас я прикажу седлать коня. Так быстрее. Лиля кивнула слуге, который крутился в дверях - и тот умчался на конюшню. А женщина оправила на себе одежду - и развернулась к окну. Вдох. Выдох. Спокойнее, девочка, спокойнее... сердце колотится как бешеное... если тебя опять вывернет наизнанку - на господина графа, вы уж точно не договоритесь. Дыши ровнее. Спокойнее... *** Маленькая кавалькада из шести человек - гонец, Лилиан, четверо охранников, вихрем пронеслись по дороге, разбрызгивая грязь. Лиля порадовалась, что сегодня одета в темно-зеленое, почти черное платье. Хоть и немного луж на дороге, а все-таки пятна будут. А на таком платье почти незаметно. Лидарх почти стлался над дорогой - и женщина начала чуть успокаиваться. Поговорим, никуда не денемся. Возьми себя в руки. Ты готовилась к этой встрече в того момента, как узнала, что супруг - есть. За тобой сила. В тебе заинтересован король. Вирмане. Ханганы. У тебя есть друзья, ты - центр небольшого, но очень важного мира. У тебя есть свое производство, если супруг захочет закрыть тебя где-нибудь в башне - он получит неплохой откат. Тебя обожает Миранда, ценит и уважает Алисия... Да, в семью лезть никто не будет. А с другой стороны - так и в двадцать первом веке. Нельзя многое, но если очень нужно - то можно. Надо так провести первый разговор, чтобы супруг не менял статус-кво. То есть с одной стороны - не показывать свою силу. Ибо любой мужчина - это пружина. Надавишь - отскочит в лоб. А вот если медленно, аккуратно и вежливо - можно добиться своего. А эта методика знакома любому хирургу. Очень осторожно, очень бережно... иначе операции и не проводятся. Никто пациента крест-накрест не полосует. Так что шансы на успех есть. И еще... Что легче? Дать или объяснить? Вот честно - супружеских отношений с графом Иртоном не хотелось. И вообще никаких. Но договариваться-то надо? Значит так. Как писал один умный автор - я женщина трепетная, хрупкая, как хряпну - так и хрупнет. Нет, сначала-то будем вежливы и корректны. И вообще - она блондинка? Вот блондинкой и будем! Главное, ресницами не забывать хлопать. *** Джерисон удобно устроился в кресле, в королевском кабинете. Эдоард смотрел серьезно. - Джес, я хочу, чтобы первый раз вы встретились при мне. - И поговорили? - Посмотрим на ваше поведение. Лилиан Иртон - милая женщина. И на рожон не полезет. А вот ты... - Дядя, почему сразу - я?! - Потому что. Знаю я тебя... ты вчера нашел жену? - Нет. Даже не видел... - Балбес... - Дядя! - с твоего рождения - дядя. Значит так. Считай - это мой приказ. Постарайся... наладить отношения с женой. Хотя бы ради дочери. Джес уже начал закипать, но упоминание о Миранде подействовало, как ледяная вода на голову. А ведь действительно. Любит. И не простит, если Джерисон обидит обожаемую Лилиан. Никак не простит. Это граф уже понял. Дочь он любил. И... сам с собой - ведь общение с Лилиан пошло ей на пользу. Настоящая маленькая принцесса. И не такая уж маленькая. Да, ради дочери он согласен на многое... - графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон... Его величество кивнул Джерисону на угол кабинета. И распорядился: - Проси. *** Лилиан вошла в кабинет его величества. Присела в реверансе. - Ваше величество. - Рад вас видеть, Лилиан. Прошу. - Я тоже рада, - Лилиан бросила быстрый взгляд из-под ресниц, обнаружила, что Эдоард улыбается - и расцвела в улыбке. - Как вы себя чувствуете? - Вашими заботами. Да и Тахир от меня не отходит... - я рада. Ваше величество, но вы помните, что надо соблюдать режим... - Тахир мне про него твердит постоянно. Лилиан, я вас пригласил не просто так. Лиля вскинула брови. Но промолчала. - Ваш супруг вернулся. - я рада, ваше величество. Нет, если бы вчера Лиля с ним не столкнулась - она была бы в шоке. А сейчас - адреналин уже отгорел. Надпочечники - они тоже не железные - его в товарных дозах выбрасывать. - и это все, что вы можете сказать? Лиля сверкнула глазами. - а это зависит от того, что скажет мой супруг, ваше величество. - Джерисон... Из угла кабинета воздвиглась темная тень. *** Был ли Джерисон в шоке? Ну, мягко говоря... ДА. Он ожидал чего угодно. Но не этого. Не золотоволосой красавицы с королевской осанкой и легкой улыбкой на розовых губах. Роскошное платье, дорогие украшения, плавная походка, уверенность, сквозящая в каждом слове, каждом жесте... Первую минуту он даже и с места двинуться не мог. Розовая корова? Да если бы она ТАК раньше выглядела! Какой Иртон?! Таких женщин прячут с максимальной надежностью - в своей постели. И не выпускают оттуда. А то желающих много... И становятся понятными пьяные откровения вирманина. Действительно - роскошная фигура. Да, присутствует легкая полнота. Но не из тех, когда женщина кажется откормленной гусыней, нет. Скорее пышность форм, мягкость, плавность... Еще бы он не был в восхищении! И это - его жена? Верилось с трудом. Да увидь он такую красавицу при дворе - точно не успокоился бы. Хвостом бы за ней следовал, добивался бы... а тут? Жена... Лилиан, графиня Иртон... И даже сейчас стоит, как королева. А Лиля и правда полностью контролировала себя. Все, что случилось - было вчера. Сегодня же... Присесть в легком реверансе - и подать руку, как учил Лонс. - Надеюсь, граф, ваше путешествие было приятным? - Э... да... Лиля едва не фыркнула. Супермен, красавец - и... Было у ее мамы любимое выражение 'как из-за угла пыльным мешком прибитый'. Вот сейчас так и было. Такое растерянно - изумленно-непонимающее выражение лица. - Я рада видеть вас целым и практически невредимым. Надеюсь, Джейми оказался на высоте? - Д...жейми? - Джейми Мейтл. Он же барон Донтер. Тахир дин Дашшар учил нас обоих. И юноша отправился лекарем на корабле вирман... - О да! Если бы не он... Джес вспомнил, как Джейми чистил ему рану, ругаясь нехорошими словами на стрелка, как перевязывал, обрабатывал, менял повязки... - Рана заживает без осложнений? - Д... да... - Вы уже видели Миранду? Она сегодня не во дворце, но ради приезда отца я освобожу ее от занятий... Эдоард фыркнул, не побоявшись уронить свое королевское достоинство. - Так, ваши сиятельства... Джес, бери жену - и отправляйтесь домой. У тебя в городе есть дом, там и поговорите. - Слушаюсь, ваше величество, - машинально ответил Джес. Лиля присела в реверансе. И шагнула к двери. Джерисон, опомнившись, шагнул вслед за ней, поддержал под локоть... руку супруга не вырвала, но впечатление было... с тем же успехом он мог держать за руку деревянную куклу. М-да... По коридорам дворца они шли молча. Лиля нарушила молчание лишь на выходе. - я прибыла сюда верхом. Вы в карете? - нет. Но я полагаю, конь для меня найдется. - Я попрошу одного из своих телохранителей... - телохранителей? - после покушений, мои люди не отпускают меня одну. Никуда. Сказано было так просто, что стало ясно - это не пафос. Женщина абсолютно искренна. - в королевской конюшне для меня конь всегда найдется. - Тогда мы подождем вас на выезде, - Лилиан развернулась на каблуке. Ее действительно ждали. Несколько вирман, один из них держал под уздцы роскошного аварца... эту породу Джес мог отличить сразу. Чистокровный, стоящий бешеных денег... - Это - ваш? - Знакомьтесь. Лидарх. Конь, услышав свое имя, горделиво изогнул шею. Лиля потрепала его по роскошной гриве. - правда, красавец? Джерисон кивнул. - Он великолепен. Правда, смотрел мужчина больше не на коня, а на женщину. Лилиан легко взлетела в седло. - Мы ждем вас... Прождать пришлось минут десять, прежде чем слуга привел Джерисону оседланного коня. Да и взлететь так же лихо в седло граф не смог. Рука пока еще мешала. Процессия выехала за ворота... *** Родной дом встретил Джерисона тишиной и запахом пыли. А еще - поклонами дворецкого. - Подай нам с госпожой графиней вина в библиотеку, - распорядился граф. - Ваше сиятельство, - поклонился дворецкий. Лиля чуть слышно фыркнула. - по-моему он меня не узнал. - я бы тоже не узнал, - честно признался Джерисон. Нет, если бы Лиля проявила хоть каплю агрессии, хоть малейшее желание поиздеваться, да хоть легкий намек - он бы взвился. Но Лиля обращалась с ним осторожно, как с гранатой с выдернутой чекой. А сам граф пока еще не отошел от потрясения. Увы... Красивым женщинам мужчины прощают и легче и больше, чем некрасивым. То, что не простилось бы 'розовой корове' - легко было забыто при взгляде на очаровательную даму в бледно-зеленом. Иными словами - обе договаривающиеся стороны старались не нарушить равновесие. И пока им это удавалось. Лилиан огляделась в библиотеке, уселась в кресло и посмотрела на супруга, предоставляя тому право первого слова. Джерисон занял позицию в кресле напротив. - Дорогая супруга... От порога донесся звяк и грохот. Дворецкий в полном шоке смотрел на очаровательную женщину. И кажется, не мог поверить, что ЭТО - Лилиан Иртон. - Ты что - одурел?! - рявкнул Джерисон. - Живо все убрать! Шевелись, каналья! Он бы ругался и дальше, не увидь в зеленых глазах смешливые искорки. И запнулся. Лилиан поманила его пальцем, прося придвинуться поближе. - Насколько же я изменилась... удивительно, что вы меня узнали... Джерисон, не будь дурак, тут же нашелся с ответом. - Вас я узнал бы даже в полной темноте. Ага, не иначе - на ощупь. Уже НЕ узнал. И вообще... Но иронизировала Лиля исключительно про себя. Вот такая грань. Лезвие бритвы. Нельзя дать себя подмять. Но и давить не стоит. А что делать? А вести переговоры. Все равно человек века 21-го... нет, мы не умнее. И не лучше. Но преимущество наше в том, что мы быстрее обрабатываем информацию и привыкли к ее громадному количеству. Отсюда и чудовищная для человека средних веков работоспособность. И активность - для нас-то все в норме. Хотя лень - она всегда лень. - Вашего дворецкого удар не хватит? - Выживет, - буркнул Джерисон. - Нашего дворецкого... - Хорошо. Нашего. Хотя я здесь себя дома не чувствую... - Я не привозил вас сюда... - Полагаю, меня бы с таким же успехом и здесь бы отравили, - Лиля вздохнула. - И даже сочувствую вам. Я себя почти не помню - тогда. Все затмевал какой-то туман... даже страшно иногда становилось. А если я из него выплывала - тут же хотелось вернуться обратно. - Моя вина, что вас травили... - Вы не Альдонай, чтобы все предусмотреть. - Но я должен был о вас позаботиться... Рука Джерисона легла на ладонь Лилиан. Женщина высвободила пальцы и поправила непослушный локон. Не отталкивание, нет. Но и сокращать дистанцию не дам. - Так был составлен контракт. Да. Но теперь поздно об этом говорить. - и почему же? - потому что прошлое - прошло. Вы живы, я жива, мы более-менее здоровы - говорю именно так. У вас ранена рука. Я страдаю от последствий выкидыша. - Что-то серьезное? - по словам докторусов, мне нельзя иметь детей еще пару лет, - Лиля пожала плечами. - Иначе я могу погибнуть вместе с ребенком. Джерисон активно изобразил сочувствие. - Что ж, пара лет - это немного... Лиля пожала плечами. - Осталось определиться с нашими отношениями. - Что с ними не так? Вы - моя жена, перед Альдонаем и людьми... - У нас есть дочь. И скоро придется решать, за кого ее выдавать замуж. А что до наших отношений... а как вы их видите? Судя по масляному взгляну, направленному на ее грудь - однозначно. - я буду вам плохой женой. Мне нельзя пока иметь детей. - Дойдет это до тебя - или нет? - Это неважно. Рано или поздно докторусы разрешат рожать, - отмахнулся Джерисон. - А до тех пор вы будете собирать любовниц? Вот теперь вопрос был поставлен резко и жестко. Зеленые глаза сверкнули яростными искрами. - не буду, - спокойно отозвался граф. - Незачем. Рядом с вами все остальные женщины кажутся страшными... - А леди Вельс с этим согласилась бы? Она несколько раз покушалась на мою жизнь. Лилиан встала из кресла и заходила по комнате. - я не виню вас за то, что было. Давайте признаем честно. Я нервничала перед свадьбой, я была сама на себя не похожа - в начале. А потом... потом все как-то закружилось. И вряд ли можно было посчитать привлекательной женщину, от которой оставалось только тело. Разум же... какой в дурмане разум? Но это было тогда. А что сейчас? Надо мной будут смеяться? Показывать пальцами - вот, это графиня, это граф, а это - его любовница? - Успокойтесь, - Джерисон чуть ли не насильно усадил женщину в кресло. - Раз уж вы сами все понимаете... а сейчас - зачем мне любовница с такой красавицей дома? Лиля насмешливо прищурилась. - а красавица должна вытереть хрустальную слезинку и упасть к вам в объятия? - Почему бы и нет? - А почему - да? - Потому что вы, госпожа - моя жена. - а вы об этом помнили, когда крутили любовь с другими женщинами? В голосе Лили звучала такая обида, что Джерисон невольно усмехнулся про себя. Женщины, все они женщины... Готовы простить что угодно, кроме других баб. - Других больше не будет. Джерисон даже не сомневался в силе своего обаяния. А Лиля, начиная просекать характер своего супруга, даже и не думала давить. Она - страдала. Она уже поняла, что малейшая попытка давления приведет к установлению отношений а-ля каменный век. Дубинкой по башке - и в кровать. Туда не хотелось. Во всяком случае - пока. Привлекателен все-таки, г...граф! Этого у него не отнять. Ну и что? Все равно еще побегаешь за своей же женой. Любовь? Господи, да о чем вы? Если ее сейчас признает и Джерисон Иртон - все. Она прошла. Подозрений на ее счет не будет. А вот если нет... а если графа бортануть - он точно поднимет волну... начнутся неприятные вопросы, подозрения, упреки... Лиля отлично понимала, что сейчас она держится за счет своей пользы. И точка. Король ее терпит потому, что она его лечит. Это первое. И потому, что из ее мастеров со временем вырастет неплохой противовес гильдиям. И они это тоже постепенно осознают. Это раньше у Эдоарда не было альтернативы. А сейчас, когда он получил возможность подмять гильдии - чтобы он ей не воспользовался? Да он ради такого и Мальдонаю потерпит. Не то, что Лилиан Иртон. Но лишних подозрений плодить не след. А потому - очень осторожно. - А сколько их было? Да при дворе мне каждая вторая вслед усмехается... - Забудьте о них... - Разве это легко? Примерно такой содержательный разговор продолжался минут двадцать. Потом супруги таки сошлись на том, что надо, надо появляться при дворе почаще. И - вместе. Чтобы всем заткнуть рты. Джерисон клятвенно обещал не волочиться за посторонними дамами. Лиля смотрела с недоверием, но разыгрывала нечто вроде Татьяны Лариной. 'Онегин, я тогда моложе, я лучше, кажется была, я вас любила...'. Признание в любви тоже прозвучало. И красочное описание Лилиных страданий, когда она пришла в себя. Ребенок потерян, замок развален, муж пошел по бабам... а я ведь любила, я страдала, как вы могли причинить мне такую боль? И слезы, слезы ручьем. Мужчины, не верьте в женские слезы. Если они не луковые, конечно. Любая женщина может плакать по заказу. Или это - переодетый мужчина. И Джерисон расслабился. Все укладывалось в схему. Слабая женщина, хрупкое создание, нервы, ревность... производство? И что? Ну не мог, никак не мог благородный граф воспринимать женщину всерьез - как реального хозяина. Замок? Отец прислал доверенного... Производство? Папа помог. Прислал своих людей... Тарис Брок, его доверенный... Докторусы? Случайность, если бы они были раньше, наш ребенок остался бы жив... оооо, наш несчастный ребенок, простите ли вы меня когда-нибудь за него? Если бы докторус Крейби не опаивал меня, какое горе... Вирмане? Отец помогал им с кораблями, и когда узнал... граф, я не могла даже надеяться, вы были так заняты, ваши солдаты оказались неоценимой помощью... Ханганы? Чистая случайность. Я искала лучшего докторуса, чтобы больше никогда... Лиля внимательно приглядывалась к Джерисону. Граф не считал нужным скрывать свои эмоции, поэтому легко было угадать, что и как говорить. Нет, если бы он ждал подвоха, если бы относился всерьез к женщинам, если бы... Как проще всего убедить человека в своей безобидности? Говори ему то, что он желает услышать. Лиля просто перебросила все стрелки на своего отца. Тому было ни жарко, ни холодно. А Джерисон убедился, что любовника у его супруги нет - и успокоился. Отец - это другое. Август имеет полное право помогать дочери. А если еще и по просьбе зятя, мол, муж уехал, за ней надо приглядеть... Изощренное коварство Лилиан просто не пришло ему в голову. И осуждать за это мужчину даже не стоило. Каждый представитель сильного пола (те, кто не согласен - просто еще не попадали в такую ситуацию) свято уверен, что женщина - это нежное трепетное существо. И объяснить, что нежное существо может одним взглядом коня остановить, и вообще... Встает трепетное существо в пять утра, готовит завтрак,, кормит-собирает супруга, кормит-собирает детей, отводит их в школу, мчится на работу, там, в перерыве еще успевает в магазин, после работы мчится домой, там опять по кругу: ужин - супруг - дети - тетради - свекровь - супруг... а еще постирать, убрать, приготовить, помыть-почистить... И сколько там нежности останется? Да приличная лошадь, двигаясь по такому графику давно загнулась бы. А женщины - бегают из года в год. Лиля всхлипывала, показывая свою слабость. Говорила о своем разбитом сердце. Джерисон успокаивал ее. Хотя пока и не давил. Любую женщину можно уложить в постель. Но спешить с этим не стоит. Чего уж там - сейчас перед ним незнакомка. Эту Лилиан - он просто не знает. А знал бы... Джерисон сейчас задавал себе вопрос - если бы на свадьбе он увидел - эту женщину, как бы он поступил? Уж точно не стал бы напиваться. И не отослал бы ее... Джес был сердит. И на жену, и на себя.... только вот Лилиан вела себя так, что напуститься на нее было просто не за что. Упреки? Да. Но со слезами. И без злости, без истеричности. Не так: 'сволочь, негодяй, мерзавец!!!'. Нет. 'Мне было так плохо, я хотела умереть, вы все не писали и не писали...' Близкие по сути, но очень разные по формулировке претензии. Лилиан балансировала на очень тонкой грани. Передавишь - взрыв. Недодавишь - придется покоряться и прогибаться. И каждый шаг почти вслепую, каждое движение как на льду... страшно. А выхода нету...
и совсем даже не ура. Провалила Лили и встречу и общение. Джесс снова видит слезливую и глупую корову, ну похорошевшую, ну, похудевшую.. ума как не было, так и нет. Про младенцев Амалии, скинутых Лилиан в опекунство, автор забыла напрочь. Если сейчас джесс захочет прихватить все управление на себя, а жену запереть в постели- то Лили ничего не останется, как Джесса убить.. и потерять права на Иртон и все, ею нажитое. Короче, автор слишком торопится...
Я вот тоже не поняла, зачем нужно изображать из себя "сладкую идиотку". Это ведь не разовая встреча, им жить бок о бок нужно будет. Миранда такую Лилиан не примет. Даже если учесть попытку избежать сиюминутного скандала, то он все равно неизбежен буквально через несколько часов, пока Джесс не увидит ее кабинет и отношение ее людей к ней. Для Лили это ничего не даст. Так что этот "разговор" какой-то чужеродный, будто из другой книги о другой героине.
Как-то не хочется думать о такой кровожадности Лилиан, ведь Миранда любит отца, а Лили готова на многое ради девочки... Не сходится! Избавившись от Джесса, Лиля теряет Миранду, ведь та ей этого не простит. Теперь она начнет презирать эту " розовую корову". Как-то автор это совсем не продумала. Или я тороплюсь в своих суждениях.
