А последнее письмецо-то жесткое, таки решила брак фиктивным оставить((. А то и попка у него классная, и в торговле разбирается, и в верфях... Присобачить его куда-нибудь в хозяйстве... И красота...
Сообщение отредактировал Шата - Вторник, 17.06.2014, 15:49
А почему бы и не удалось? Графиня всегда может приехать в гости. А может и остаться. Допустим, супруг графини случайно скончался, упав головой на камень. Бывает... А сама графиня нежно влюбилась в какого-нибудь симпатичного дворянина. Лучше - с землей и титулом. То, что доходило до Альтреса, заставляло подумать о выгоде графини государству. Соль, кружево... морскую соль пытались выпаривать и раньше. Но толку от нее не было. Живот слабило по-страшному. Графине же удалось получить хорошую соль. Чуть более горькую, ну так это мелочи.. Кружево... но важнее было другое. Не новинки, нет! Принц Ханганата. Живой и вполне здоровый. И куча ханганов, таскающихся за графиней. А с ними хорошо бы подружиться. Да и если графиня вылечила мальчишку, может быть... Гардвейг. Если и не спасти - так хоть жизнь продлить? Ради брата Альтрес был готов на многое. Не то, что устроить несчастный случай одному графу. Да плевать на Иртона восемь раз! Кому он сдался? Разве что девки поплачут! А так - придворный и есть придворный. Вопрос был в самой Лилиан Иртон. Альтрес понимал что она - неглупа. Читал ее письма - и размышлял. И все чаще появлялось мнение что делать такое надо с согласия самой графини. А почему бы нет? Допустим - приезжает граф Иртон домой. И начинается там скандал. Супруги ссорятся, граф начинает закручивать гайки - и? Графиня не будет искать помощи у короля. Тому Джерисон любимый племянник. Так что ликвидацию надо тщательно продумать. Но это потом. Король ей не поможет. И женщина начнет искать защиты где-то еще. Почему бы и не в Уэльстере? Может быть, написать ей об этом? Как-нибудь корректно, что мы всегда будем рады видеть вас в Уэльстере, мы готовы оценить вас по заслугам, вы всегда можете рассчитывать на нашу поддержку... А почему - нет? Альтрес взял со стола золотое перо, коснулся пальцем крохотного шарика на конце. Повертел в руках отделанную чеканкой непроливайку. М-да. Если женщина способна придумать такое - ее лучше получить в свое хозяйство. Итак... Любезная графиня Иртон... *** В суматохе дел Лиля радовалась только одному. Что у нее не воровали. Ибо - некому было. Эввиры вняли после разборок с Варилем. А с другими купцами... разве что Торий Авермаль, про дружбу с которым Лиля не забывала. Но барон был умен и не лез выше головы. Отлично понимая, что лучше иметь десять раз по золотому и спокойствие, чем один раз десять золотых - а потом пинки и подзатыльники. Нет, такого ему и даром не нужно было. Требовали внимания вирмане, а точнее, вирманки. Лиля периодически учила их всяким нужным вещам из медицины. Его величество устроил прием в честь ханганов и пожелал видеть на нем графиню Иртон. Лиля честно пришла - во всем блеске модных новинок, посверкала браслетами на руках - и хотела удрать - но свои права на графиню заявили принцессы. В результате чего мир обогатился новыми историями о бароне Холмсе. Да и не только о нем. Конан Дойл, если кто не знает, писал и многое другое. 'Секрет комнаты кузена Джеффри', 'Бразильский кот'... эти рассказы тоже подходили для данной эпохи. Чуть-чуть поменять детали - и вот оно, во всей красе. Принцессы слушали с тихим восторгом. Зато все остальные придворные зеленели от зависти. Кое-кто пытался приблизиться, но или Анжелина или Джолиэтт отсылали нахалов повелительными жестами. Так почти весь вечер и проболтали. Исключением стал маркиз Фалион, с которым Лиля честно протанцевала два танца. Больше нельзя было. А все остальное время маркиз давал советы по воспитанию щенков - он разбирался неплохо и в собаках, не только в лошадях. Принцессы завидовали Миранде и набивались получить жеребенка и для себя. Но тут Лиля развела руками, сказав, что ханганы ей не подчиняются. Но вот ребенка от Лидарха она может организовать. Разумеется, с помощью маркиза Фалиона... Это услышал Эдоард и заметил, что о подарке не может быть и речи. Пусть маркиз зайдет к нему в кабинет после приема, поговорим о разведении лошадей. Фалион после этого долго благодарил Лилю и прислал ей громаднющий букет цветов, перевязанный золотой цепочкой красивого плетения. Подарок Лиля приняла и носила с удовольствием. Они договорились о случке Лидарха и готовили конюшни. Работа захлестывала волнами. И другого слова тут было не подобрать. Чего стоили одни ханганы, которые хвостом прилепились к графине Иртон. Великий Ханган прислал еще десяток докторусов, которые теперь ходили хвостом за графиней, записывая каждое ее слово. Лиля сначала взвилась, но потом махнула рукой. Вот честно - Тахир рано или поздно уедет. Уедут и его коллеги-докторусы. Уедет с ними и полученное от нее знание. Жалко ли ей? Окститесь! Жалко знания, которые могут спасти людям жизнь?! Как у вас язык поворачивается такое подумать!? Пусть знания расходятся по миру. Единственное условие, которое поставила Лиля - каждый докторус по возвращении домой должен был выучить не меньше трех детей своему ремеслу. Бесплатно. Но качественно передав ее знания. Согласились все. Лиля потом узнала, что Амир пообещал спонсорство. И пусть! Пусть учатся! Кто-то станет хорошим хирургом, кто-то терапевтом... докторусы из Ханганата нравились ей своим отношением. Сказано - зеленое. Вот они зеленое напишут и зеленым покрасят. А не будут, как местные, шесть раз доказывать, что это красное, а красить - синим. А ведь и такое бывало. С Джейми она вообще сцеплялась по поводу тех или иных трав... это потом он привык, что графиня права. А до того... А что еще будет с местными учениками? Вирманки слушались беспрекословно. Но у них нет выбора. А местные... Ганц Тримейн отобрал для Лили десяток девочек и мальчиков. Из своего 'тримейн-отряда'. Тех, кто был слишком слаб, чтобы выжить на улице. И для начала их пришлось отмыть (вопли ужаса), откормить (вопли восторга) и только потом начать учить. Справедливости ради, дети старались. Впитывали информацию, как губка. Переписывали свитки под диктовку, учили основы гигиены и эпидемиологии... вовсю работала бумажная фабрика. Да-да, его величество весьма заинтересовался этим проектом. А еще более того - альдон Роман. Мужчины отлично поняли, что рано или поздно что-то такое появится. Сейчас есть время и возможность? Ладненько. Пусть оно появляется под руководством короны и церкви. Альдон выделил Лиле два десятка монахов в подручные. И прислал нескольких патеров, вплотную занимающихся наукой. Лиля едва не переругалась с ними, но потом успокоилась - и постепенно нашла общий язык. Хочется людям сопровождать каждое действие молитвой? Да и пусть! Дело новое, незнакомое... лучше пусть это будет под патронажем Альдоная. Патеры, кстати, оказали большую пользу. С их помощью Лиля смогла сделать бумагу белее и прочнее. Но и неудивительно. Церковь в этом мире занималась наукой. И хотя многое в ней было от алхимии - реактивы-то оставались качественными. Молись, не молись над киноварью - ртуть в ней будет по-любому. А когда Лиля увидела оксид бария - она вообще была счастлива. Качественные реакции на барий простые - проверь кислотами и будь счастлив. Из него же можно получить пероксид! А из пероксида - перекись водорода! А перекись водорода - это наше все. Это антисептик, отбеливатель, это... одним словом - надо! Поэтому четверо монахов сразу засадили именно за эту реакцию. И потренировавшись неделю, они стали гнать перекись в больших количествах. Хватило бы бария. Единственное, о чем жалела Лиля - об отсутствии электролиза. Но тут уж... физика прошла мимо. Причем настолько - что дальше некуда. Девушка помнила про обтирание эбонитовой палочки. Или янтарной. Но и все тут. Остальное было вне ее знаний. Что, обтереть одновременно три десятка палочек - и сунуть их в раствор? Чтобы разряд прошел? Как-то сомнительно. Эх, вот никогда не знаешь, что и где тебе пригодится. Знала бы - физика бы морально изнасиловала, но сейчас стоял бы у нее ветряной генератор... вроде и такие изобретали? Или термопара... но это - мечты. А реальность... Одним словом - бумаге было быть. Король тоже не остался в стороне, выделив Лиле три десятка человек от своих щедрот. Пока не переедете в Тараль. Вся эта компания расположилась в реконструируемом замке чуть ли не в палатках во дворе - и принялась творить. Кто-то трудился над отбеливателем, кто-то над формами, заливкой, прессом... через три недели на суд его величества были представлены два десятка листов бумаги. Достаточно белой, тонкой и прочной. Часть листов была с зеленоватым оттенком, часть с желтоватым... да и наплевать! Выпускать будем все три вида! Для книг - желтоватую, церковной литературы - зеленоватую, государственных указов - белую. Его величество потер руки и распорядился выпускать. Благо, затраты ничтожны, часть налога с крестьян можно взять нужными растениями - и фабрика весело проработает всю зиму. Хотя уже сейчас ясно, что Тараль всех не вместит. И под 'бумажников' надо выделять новое место. Лиля не возражала. Ей было тяжело разрываться между всеми проектами. Поэтому она уже давно обзавелась блокнотом, в который и заносила самое важное. Кстати - надо бы поговорить с Хельке и выпускать нечто подобное. И карандашом заняться. Графит - тот же уголь. Или жженую кость с растительным клеем - или графит с глиной и водой - и обжечь. Можно еще с серой, но те - проще. Сделать грифель, а потом использовать самое простое. Косметический карандаш все ведь видели. А Лиля еще и представляла, как он устроен. Разобрала в свое время почти десяток. Вот, выкручивающиеся оболочки из золота, серебра, простых сплавов... А потом можно и на цветные карандаши замахнуться. Лиля злилась и понимала - ее жизни для этого дела не хватит. Ничего. За ней придут другие. А ей надо просто передать максимальное количество знаний. И она работала. За графиней хвостиком следовала Миранда. Приезжал в гости Фалион-младший. И возился и с Лидархом, и с жеребенком. Он обожал и того и другого. Миранда проводила с ним много времени. Девочка твердо была уверена, что своего коня надо растить самой. Лиля много работала, ездила верхом, в свободное время училась метать ножи у Эрика. Своего рода счастье, спокойствие и равновесие. Почти... *** Ваше сиятельство, довожу до Вашего сведения, что сегодня ночью умер Карист Трелони. Отравился рыбой. Расследование не начато, но рыбу он в жизни не ел. Пятнами от нее покрывался. Искренне Ваш, барон Авермаль. *** Получив кратенькую записочку с голубем, Лиля задумалась. Рыбой, значитца, отравился. Или грибами. Неважно. Важно другое. До него добрался заказчик. Почему только сейчас? Лиля подозревала, что знай она ответ - она бы знала и заказчика. Но сама сформулировать ничего не могла. Так, что-то на грани разума. Отъезд? Рана? Дела? Пес его знает. Слишком много вариантов. Ах, где вы, милый мистер Холмс!? Сколько сказок Мири не рассказывай - сама умнее не станешь. Сколько 'халва' не повторяй... Оставалось только одно. Ловля на живца. Лиля отлично осознавала, что это - опасно. Что она может погибнуть. Что это недопустимый риск. Но! Покушаться на нее будут в любом случае. Она просто предвосхищает события и направляет их в нужное русло. И вообще,... а если эта скотина покусится на Миранду? Заррррою! Одним словом, письмо Дж. Иртону ушло. А от него пришли два ответа. Один - тайный, доставленный ее личным гонцом. Второй же... Лиля изрядно развлеклась, положив их рядом с собой и читая одно за другим. Первое, официальное, было как сахарные шарики в шоколаде, залитые сиропом. Но самое нужное в нем было.
Моя обожаемая супруга! Льщу себя надеждой на наше скорое свидание. Как только посольство возвратится на родину - мы наконец-то сможем заняться нашими семейными делами. Я признаю, что непозволительно запустил их и надеюсь вымолить прощение. А также искренне надеюсь сгладить в вашей памяти страшный эпизод с потерей ребенка. Миранда будет в восторге, если мы подарим ей братика. Или сестренку. Лично я буду счастлив в любом случае. Насколько я понимаю, Вы тоже не против. А если Вам будет угодно, я увезу Вас рожать в свое поместье у моря. Не в Иртон, нет. Туда, где я провел детство. Тихое местечко, проверенные слуги, спокойствие, уют и безопасность. С нетерпением жду встречи. Ваш Джерисон, граф Иртон.
Ну, если после такого убивец не расшевелится - зовите его кретином. Лиля злобно усмехнулась. Второе письмо резко отличалось от первого. Оно и понятно - шло мимо цензуры.
Любезная моя супруга. Не сомневаюсь в Вашей деловой хватке. И уверен что дела Вы ведете честно. Что ж, сойдемся на деловом соглашении. Об остальном при встрече. Сейчас же... Не буду скрывать - я обижен вашими намеками на везение. Будь моя воля - Вы жили бы спокойно и счастливо. А сейчас... Вы уверены, что сможете предотвратить покушение? В противном случае НЕ повезет Вам и только Вам. Я соглашаюсь на ваш план, потому что иначе не могу уверить вас в чистоте своих намерений. И желаю удачи лэйру Ганцу в поимке негодяев. Если Вы пожелаете воспользоваться моими людьми или деньгами для поимки негодяев - считайте, что у Вас есть на то мое разрешение. Передавайте Миранде мою любовь и приветы. Об остальном - при встрече. Джерисон. Граф Иртон.
Лиля не знала, что все письма дражайшего супруга были коллективным творчеством. С Риком в соавторах. Да и знала бы - что это меняет? Работать и еще раз работать. Лейр Ганц, проглядев официальное письмо, посоветовал обнародовать его по максимуму. Чем Лиля и занялась. Благо, семейство Ивельенов пожаловало в гости в полном составе. Старый герцог, маркиз с маркизой и дети. Четыре штуки. Двое старших - мальчик и девочка. Сэсси, она же Сессилия и Джес - он же Джерисон, в честь брата. Младших же назвали Эдмон и Александр. Миранде были поручены Сэсси и Джес. Лиля занялась взрослыми. Графиня честно поахала над младенцами минут десять. Честно говоря - ей груднички никогда не казались красивыми. Но она привыкла, что родители смотрят на них так, словно это ангелы небесные. Так что... Очаровательные глазки (мамины), чудесный носик (папин), восхитительные ушки (дедушкины) и далее по списку... Да, они прелестны. Да, я надеюсь сама обзавестись такими же. Вы видели, что написал мне наш милый и нежно любимый Джес (чтоб ему маркиза де Сада повстречать)? Нет? Вот письмо! Мы тоже, разумеется, как только он приедет так мы и сразу. Амалия горячо одобрила, мужики покивали... и все было прекрасно, пока со двора не донеслись вопли. Лиля поставила ушки торчком. Вообще, дети вопили часто и со вкусом. Вирмане - народ несдержанный. И на тренировках малявкам доставалось по полной программе. Да и за небрежность в обучении они очень приветствовали розги. Права ребенка? А то как же! Его полное право свободного выбора. Либо знания - либо по заднице. Никто препятствовать не станет! Но сейчас визги были неправильными. Пока Лиля пыталась определить, что не так - во двор бросилась Амалия. За ней - Питер. Лиля помчалась за ними. Мало ли что. Старый герцог тоже побежал бы, но возраст не позволил. А потому он поручил детей няньке - и вышел с достоинством. *** Узнав о визите кузенов, Миранда только нос сморщила. Что Сэсси, что Джеса она терпеть не могла. Задавалы и противные вдобавок. Ей часто доставалось от Ивельенов. И дразнилками - и тумаками. И всегда Мири оставалась виноватой. А мерзкие родственнички выходили сухими из воды. Недаром Мири так просилась куда угодно, но не к ним. И ей повезло попасть к Лиле. Какой же смешной ей казалась эта вражда - теперь. Лиля быстренько провела с малышкой ликбез - как, что, кого, сколько, поцеловала в нос и попросила никого не бить ногами. Мири честно пообещала. А зачем ногами, если есть Ляля? Милый песик, который руку без напряга откусит? Увидев кузенов, Мири едва не фыркнула. Все разряженные, раззолоченные... одежда неудобная, шея грязная, глаза глупые... фу! Она не осознавала, насколько иначе смотрится. В блузке, жилетке и юбке-брюках, с медным загаром на лице, с волосами, заплетенными, как у Лили в толстую косу, с громадной собакой рядом и расправленными плечами. Ни грамма золота, только графское кольцо с изумрудом и серьги с крохотными сапфирами в ушах - под цвет глаз. Никаких украшений - тренироваться неудобно. Единственное, с чем девочка не расставалась - это с метательными ножами - подарком Эрика. Была бы ее воля - и под подушку клала бы. Лиле пришлось махнуть рукой и заказать ножны. В том числе и потайные. Так что милый ребенок был опасен, как средней ядовитости гадюка. Хотя Ивельены отметили другое. - Альдонай милосердный! Мири, ты так похудела! - ахнула Амалия, пытаясь расцеловать девочку. Ну или хотя бы потискать. Мири ловко увернулась. - Это тренировки, тетушка. Я рада вас видеть. - А я бы сказал, что Миранде визит в Иртон пошел на пользу, - глубокомысленно заметил Питер. Мири вспомнила как он изрекал всякую чушь после ее драк с кузенами - и едва не пнула дядюшку по ноге. Ивельен-старший осмотрел девочку свысока, вызвав ассоциации с голубем на карнизе. Нагадит? Нагадил. - Пора бы уже думать о партии для девочки. Она уже выросла. Партии? Замуж?! Вот еще не хватало! - полагаю, этот вопрос решит Джерисон, когда вернется, - невинно заметила Лиля. - я рада вас видеть. Надеюсь, дорога была не очень тяжелой? Разумеется, гости тут же принялись заверять женщину в своей радости и благополучии. Минут на десять. - Мири, займись Сессилью и Джерисоном-младшим, будь добра? - попросила Лиля после обязательных расшаркиваний во дворе. - у меня скоро урок. А сейчас я хотела проведать Шаллаха. - Вот и отлично. Пусть дети сходят с тобой. Мири покривилась, но Лиля смотрела серьезно. И девочка опустила глаза. Обязанности графини. Одна из. Даже если тебе неприятно - все равно надо раскланиваться и улыбаться. Лиля ей говорила. - Любезные кузены, прошу вас составить мне компанию. Сэссси и Джес переглянулись - и последовали за Мирандой. На конюшне девочка осмотрела жеребенка, расчесала ему еще раз гриву (необходимости нет, но приятно же!), угостила малыша подсоленным хлебом и пообещала зайти вечером. Заодно потрепала по шее Лидарха и подсунула тому яблочко. Аварец схрумкал его с ладони девочки и ткнулся плюшевым храпом. Мол, еще хочу. Попрошайка избалованный. Пришлось пообещать вечером принести еще. Ивельены стояли оторопевшие. Но первым нарушил молчание Джес. Мальчишку прорвало при выходе из конюшни. - Это твой, что ли? - Мой - Шаллах. Это означает 'дыхание бури'. - Это на каком языке? - Это язык Ханганата. - А откуда у тебя аварец? - Мама попросила в подарок для меня. Амир согласился. Ей бы что угодно подарили. - Амир - это кто? - Амир Гулим? Принц Ханганата. - И принц вам подарки делает? - Мамин докторус его вылечил. Так что да, делает. Он вообще благодарный юноша, - Мири повторяла за Лилей почти дословно. - И тебе аварца подарили? Они безумно дорогие! - И что? Великий Ханган может себе это позволить. - Мири пожала плечами. - Вот большой аварец - это мамин. Его Лидарх зовут. - А почему ты ее мамой называешь? - вклинилась Сэсси. - она же тебе никто? Мири погладила еще раз Шаллаха и направилась к выходу из конюшни. - родство не определяется кровью. - Чего? - не поняла кузина. - Мы с мамой можем быть не родными по крови, но я все равно ее дочь. - Это как? - родные - те, кто тебя любят. - А она тебя любит? Мири вспомнила лицо Лили после похищения, когда та отчитывала девочку - и решительно кивнула. - Она меня любит. - да врет она тебе все, чтобы ее твой папаша из дома не выгнал, - протянул Джес. - всем же известно, ребенка она не родила, в столицу притащилась, да еще и куда не надо лезет. Явно нарывается. Муж ее обязательно должен проучить! Мальчишка повторял чьи-то чужие слова. Но этого разозлившаяся Миранда не поняла. Девочка развернулась и отчеканила так, что Мария Рейхарт восхищенно всплеснула бы руками. - Любезнейший, возьмите свои слова назад. Немедленно. - Чего? - не понял Джес. А поняв, заржал. - Еще не хватало! Ты и сама понимаешь, что твоя мать... - кто? - прищурилась Мири. - Ну?! - Ненормальная! Вот! - Немедленно извинись. - потребовала Мири. - а что ты иначе сделаешь? На поединок меня вызовешь? - Нет. Нос тебе разобью, - Мири говорила спокойно. Внутри девочки все кипело, но бросаться в драку с горячей головой - это проиграть ее. Она помнила. Эрик учил. И Лейс... - Хотел бы я посмотреть, как ты это сделаешь! Джес стоял нагло подбоченившись. Что ему сделает эта малявка? Ему почти четырнадцать лет, он взрослый мужчина, у него уже есть свой меч... вот аварца нет... и вирманской собаки нет. Надо отца попросить.... Ой! Мири было плевать, что противник выше ее и почти вдвое тяжелее. Девочка перешла в наступление. Отлично понимая, что до носа Джеса ей не допрыгнуть, она ударила в ноги. Не бросилась, не прыгнула, просто сделала крохотный, почти незаметный шаг вперед, благо кузен и так стоял рядом. Когда противник стоит расслабленный - его можно легко свалить простой подножкой. И Джерисон Ивельен полетел на землю. Которая крепко вышибла из него дух. Все-таки тяжело приземлиться на все тело. Миранда не стала терять времени. Она прыгнула сверху - и рукоятью ножа, зажатой в руке, крепко съездила кузену по носу. Кровь хлынула потоком. Джес завопил, но Мири не стала ждать реакции. Она откатилась в сторону и принялась отряхиваться. Вспомнился разговор с Лилей. Давний... - ...А если будешь умницей - я тебя еще и драться научу. - Но благородной даме... - а благородную даму никто в жизни не дразнил? - прищурилась Лиля... - А ты умеешь? - а графиня должна многое уметь. В том числе и это. Сейчас Мири чувствовала себя отомщенной за все издевательства кузенов. И тогда раздался жуткий визг. Визжала Сэсси, которую Ляля не подпускала ни к брату, ни к Миранде, скаля немаленькие зубки и доходчиво рыча. Мири поморщилась, понимая, что через минуту тут будет толпа народа и посмотрела на кузена. Тот сидел на земле и держался за нос. Не сломала? Вроде не должна была. А сломала - наплевать. Что это за парень, которого девчонка размазала по земле? Да еще в два раза мельче него? Теперь убрать нож и привести себя в порядок. Вот она - учеба. Как оружие достала и рукоятью развернула - и не вспомнить. Значит - вколочено на уровне рефлексов, как говорил Лиля. Это хорошо. Первой во двор вылетела тетка. Мири сморщила нос и продолжила отряхиваться. Одежда, хоть и была скроена из простого полотна и предназначалась для валяния на земле и разных проказ, все же немного пострадала. Вот, травинка налипла. Ляля удалилась за спину хозяйке и скалила зубки уже оттуда. Не рычала. Уже нет. Зачем рычать, если можно просто броситься? - что здесь происходит?! - возопила Амалия, кидаясь к сыночку. - Сэсси? - вопросил Питер. - она на него напала, - Сэсси ткнула пальцем в Миранду. Девочка поморщилась. - Любезная кузина, вас не учили манерам? Тыкать пальцем, как простонародье? Фи! Лиля осмотрела двор хозяйским взглядом и усмехнулась. Ну-ну... диспозиция ясна. В центре сидит ошалевший Ивельеныш, держась за разбитый нос. И держаться он будет долго. Вообще, похоже на перелом. Его сестренка стоит рядом и тычет пальцем в сторону Миранды. Мири отряхивается рядом с самым независимым видом, за ее спиной скалится собака... Народ во дворе наблюдает за бесплатным цирковым представлением... продолжим? - Миранда Кэтрин Иртон! - командирским тоном воззвала Лиля - Извольте объяснить, за что вы разбили нос своему кузену? - Да! - рявкнула Амалия. - я тоже хотела бы это знать? Мири и не подумала стесняться. - Мама, сначала мой кузен сказал, что тебя надо проучить, потому что ты не слушаешься мужа. А потом заявил, что ты ненормальная. Я предложила ему взять слова назад - иначе я разобью ему нос. - И что? - и пришлось разбить. - то есть ты меня защищала? - Растаяла Лиля. Мири ответила хитрым взглядом. И Лиля поняла, что тут и давние обиды выместились. Ну и не все ли равно? Теперь... - она врет! - Сэсси возмущенно топнула ногой. - Она все врет! Тонки пальчик девочки указывал на Миранду. Лиля нахмурилась. - Сессиль Ивельен, извольте не тыкать пальцем в человека. Это некрасиво. - А? - Хочу вам напомнить, любезная племянница, что вы были не одиноки во дворе. Я могу расспросить слуг. - слуги соврут! - выпалила Амалия. - расспросите меня, ваша светлость, - пастер Воплер был великолепен. Зеленая хламида из дорогого полотна, ухоженные руки, дорогие янтарные четки - ничего общего с сельским священником, которого Лиля увидела в первый раз. - Я был свидетелем того, как этот молодой человек начал оскорблять госпожу графиню, в чем готов поклясться перед ликом Альдоная. Амалия покраснела от ярости. Обвинять пастера она не решалась. - Молодой человек позволил себе совершенно неуместные высказывания. Более того, оскорблять мать в присутствии дитя... ничего удивительного, что юная виконтесса Иртон была вынуждена защищать свою честь. Полагаю, что подготовка молодого человека совершенно недостаточна. Если его смогла свалить с ног маленькая девочка... Джес побледнел. Питер и спустившийся во двор герцог Ивельен наконец осознали, чем им грозит происходящее. Не в том беда, что парню нос разбили, а в том, кто, как и за что. А если сплетня пойдет гулять по столице - вот тут будет абзац. Лиля усмехнулась. - Мири, радость моя, Джес над тобой пытался издеваться не в первый раз? - Полагаю, больше он этого не повторит. Или я ему сломаю руку, - Миранда смотрела с видом воплощенной невинности. Собака за ее спиной тоже. Лиля повернулась к багровой от гнева Амалии и бледному Питеру. - Полагаю, инцидент исчерпан? - я тоже так думаю, - вместо Питера ответил старый Ивельен. - Ваше сиятельство, кто учил юную даму драться? - Вирмане. - Возможно, они согласятся поучить и этого балбеса? Лиля прищурилась не хуже Миранды. - Только когда молодой человек поймет, что оскорблять маленьких девочек - недостойно. А теперь вставайте, Джерисон Ивельен и идемте в медпункт. Мири, а ты куда? - У меня занятия по верховой езде. - Нет. - мама! - Сейчас я буду разбираться с носом твоего кузена. Вот иди и смотри, как лечатся такие удары. А то лупить любой дурак может. Мири послушно кивнула. Все не носом в угол. А тоже смотреть на интересное... *** Нос оказался сломан. Зарождающееся тепло в отношениях - тоже. Ладно. Лиля могла наложить повязку и даже пообещать, что все пройдет без последствий. Но Амалия смотрела на нее, как ведьма. Питер, судя по всему, придерживался линии супруги. А Ивельену-старшему это все было безразлично. Интересно, почему? Попросил об обучении, получил отказ - и успокоился? Странно. Радовало одно. Если за покушениями стоит кто-то из Ивельенов - теперь они задергаются вдвое интенсивнее. *** Мало радости доставило и другое письмо. От родственников второй жены графа Иртона. А именно - барона Йерби. Товарищ писал, что выезжает в Лавери - и просит об аудиенции, дабы убедиться, что с его любимой внучкой все в порядке. Ну и ладно. Примем. За уши поднимем, - Лиля хмыкнула, вспомнив детскую считалочку. А еще - сгинувшего в руках Ганца Дамиса Рейса. Вот и поговорим, зачем ты мне жиголо подсунул, уважаемый Йерби. Я женщина добрая, выспрашивать буду без применения подручных средств, просто Дамиса продемонстрируем - и сам все расскажешь. Так что Лиля отписала, чтобы приезжали. Примем. И сосредоточилась на делах. *** Дела постепенно разворачивались. Ударными методами строился торговый дом Мариэль. Ремонтировался Тараль. Обучались дети. А еще... - Ваше сиятельство, купец Лимаро Ватар просит принять. Лиля взглянула на Лонса Авельса. Шевалье был спокоен и даже чуть улыбался краешком губ. Идеальный получился секретарь. - Лонс, кто это? - Глава купеческой гильдии в Лавери. - Во-от как... Лиля понимающе кивнула. Давно надо было ждать кого-то такого... Да, зеленый свет ей обеспечил король, да и альдон тут подсуетился, наверняка. Но чтобы местная купеческая гильдия не попыталась урвать кусочек? Зовите меня Анжеликой, если это так. Слишком много интересов затронула Лиля своим появлением. И будь она обычной девушкой - голову ей оторвали бы быстро и качественно. Но она - графиня Иртон. Она родственница короля, хотя и весьма условная. Да и эввиры что-то да значат. Хочешь, не хочешь, но народ этот весьма пронырлив. Лиля сильно подозревала, что купцов эти хитрецы с ее помощью подвинут. Но дергаться даже не собиралась. Здоровая конкуренция - основа развития торговли. - А еще ты что-то о нем знаешь? - Тарис рассказывал. Умный, хитрый, сволочь редкостная, простите, госпожа... - Было бы по-другому - я бы удивилась. Проси. Лонс поклонился и скрылся за дверью. А спустя минуту в нее вошел мужчина, под которым скрипнул пол. 'Ну и медведь!' - в восхищении подумала Лиля. Был купец ростом с Эрика. Только шире раза в два. И половины под ним прогибались вполне ощутимо. А еще - дорогой плащ добавлял объема. Борода расчесана и заплетена в несколько косичек, по моде Эльваны. Волосы темные, с сединой, глаза темные умные, лицо нарочито простецкое... Лиля насторожилась. Но внешне осталась сама любезность. - прошу вас, уважаемый Ватар. Купец низко поклонился. - Ваше сиятельство, я благодарю за вашу любезность. Очень рад, что вы нашли время для такого ничтожного человека, как я... Лиля улыбнулась. - Уважаемый, давайте не будем. Ничтожного человека никогда не поставят во главе гильдии. Тем более - купцы. Ватар внимательно посмотрел на женщину. Но промолчал. Лиля приветливо указала на стул. - Прошу вас, присаживайтесь. - Благодарю, госпожа графиня. Лиля невинно улыбнулась. - Возможно, вина? Сидра? Эля? Компота? - компота, ваше сиятельство. - Тогда налейте сами. И себе и мне, - Лиля кивнула на стеклянный кувшин на столе и несколько бокалов рядом. - Это не вино, госпожа графиня? - нет. Это ягодный взвар. Угощайтесь... Компот был вкусным, бокалы красивыми, графиня явно была настроена по-хорошему - и Ватар чуть расслабился. Он готовился ко многому. Уж слишком противоречивыми были слухи, ходящие о графине Иртон. Но не к любезному приему. Хотя женщина определенно догадывалась, зачем он пришел. И - ждала. - Ваше сиятельство, - наконец решился купец. - Я пришел поговорить с вами о делах, возможно низких... - Но необходимых. Давайте я чуть помогу? - Лиля приветливо улыбнулась. Сейчас можно было пойти навстречу. - Вы хотели бы сказать, что мое появление с новинками и мой договор с эввирами нарушает сложившееся равновесие. А большие деньги проходят мимо купеческой гильдии. Так? Лимаро Ватар смотрел внимательно. Но женщина не злилась. Не ругалась. Она просто констатировала факт. И была... спокойна? И даже дружелюбна. - Вы правы, ваше сиятельство, - решился он. - И уж простите - связываться с этими отродьями Мальдонаи... Глаза Лили сверкнули. Шпаги скрестились. Первый, пробный выпад. - альдон Роман ничего против не имеет, - просто сказала она. - На все воля Альдоная, - отыграл назад купец. Если у нее такое прикрытие... а оно - такое. - но все же, госпожа графиня, я понимаю, насколько позорно для дворянина зарабатывать деньги торговлей. - Мой отец - Август Брокленд, - просто сказала Лиля. - Если для моего отца не позор строить корабли - то для меня не позор продавать кружева. - Но продавая их через нашу гильдию, вы бы получили куда большую выгоду, - Ватар смотрел серьезно. - возможно. Но у меня есть договор на всю ювелирную продукцию с мастером Лейтцем. - А на кружево? - ухватил идею Ватар. - И на кружево - тоже. Но что еще не охвачено эввирами - вам нравится этот бокал? Ватар посмотрел на кубок в своих руках. Стеклянный, красивый... - Да. Это эльванское стекло? - Нет. Это стекло Мариэль, - спокойно поправила Лиля. - Мариэль, ваше сиятельство? - В честь моей матери. Ватар принялся вертеть бокал еще тщательнее, благо, компот был выпит. А красиво. Сделано в форме какого-то цветка, стекло разноцветное, красивое... - Полагаю, если его величество будет не против, гильдия получит право торговать стеклом Мариэль по стране и за ее пределами, - Лиля улыбнулась. - Вы не возражаете, если я приглашу вас в мастерскую? - почту за честь, ваше сиятельство. Ватар уже окончательно перестал соображать, на каком он свете. Не бывает таких графинь! Не бывает таких женщин! Он едва догадался предложить графине руку, обернутую плащом. Лиля улыбнулась. Купца она приложила неплохо. Вообще, они это уже обсуждали с королевским казначеем. И мужчина предупреждал, что рано или поздно к ней начнется паломничество гильдий. Стеклодувов он предлагал гнать с самого начала. Потому как знаниями они не владеют, а вредить будут. Ее стекло - это ведь покушение на их... осколки. Купцы, наживающиеся на продажах. Вот тут надо было бросить кость. И поскольку отдавать эввирам на откуп все было невыгодно - дать купцам стекло. Пусть они цапаются с гильдией стеклодувов. Потом можно будет и часть кружева подбросить. Когда спрос будет падать и придется снижать цену. А пока - отдать им большое стекло, зеркала, бокалы - когда все как следует развернется. Но в столице оговорить льготы для себя. Вы ведь не собираетесь торговать сами, госпожа графиня? Нет? Вот и ладненько. Каждый должен делать то, для чего предназначен. А если Вам хочется заниматься этим... салоном моды и красоты? Да? Вот и занимайтесь. На него-то продукции точно хватит. И вам радость, и купцам. С докторусами разобрались. Книгопечатников вообще раньше не существовало, как и производства бумаги. Так что это будет новая гильдия. На нее разве что переписчики книг зубы навострят. Но их мало и они большей частью разбросаны по монастырям. А с альдоном договоренность уже есть. Проблемы еще будут, однозначно. Но их и разгребать придется по мере поступления. А пока - договориться с купцами. Если они поймут свою выгоду - сработаемся. Лиля прекрасно отдавала себе отчет, что многое - заслуга ее титула. Не ее, как человека, нет. Ей бы давно несчастный случай устроили. Или поджог. Или еще что. Но производство графини Иртон, патронаж Короны - это кому хочешь рот заткнет. Ватар был проведен в стеклодувную мастерскую, оценил объем работы - и кивнул. А потом начал задавать вопросы, от которых уже Лиля схватилась за голову. Объем производства. Сроки поставок. Количество как рабочих, так и продукции.... Пока все это было весьма приблизительно. Это Ватара не устроило. И Лиля честно предложила вариант - обговорить все с королевским казначеем. Ватар усомнился, что такой высокопоставленный господин снизойдет до бедного купца. Лиля заверила, что снизойдет. И будет только рад. А там уже и вопросы по производству утрясем. Сами понимаете, мы пока серьезно не разворачиваемся, а то 'шпиёны' бегают, саботажники лазают... Ватар понял намек, чуть потупился (видимо, его уши тут тоже торчали) - и предложил графине помощь в проверке мастеров и подмастерьев. А также учеников. Купцы знают многое... Лиля подумала - и не стала возражать. Так что расстались они почти друзьями. Договорились, что Лиля пришлет гонца в ближайшем времени, как только договорится с казначеем. А далее.... Видно будет.
Конец четвёртой части. И как сказал Федя Меркурьев в своём хите: "Show must go on!"
*** Мири сонно повернулась, устраиваясь у Лили поудобнее на руке. Женщина погладила ее по темным волосам. - Заяц ты мой... - Мам, ты не сердишься? - На что? - удивилась Лиля. - Что я Джесу нос разбила... - а надо сердиться? - Лиля коснулась губами темной макушки. - я не злюсь. Но ты должна понять, что нож - не игрушка. - я знаю. Я были рукоятью. - а если бы лезвием? - Кузен бы умер. Мам, я не такая глупая. Я не хотела его убивать... - А еще он не ждал от тебя подвоха. И был плохо подготовлен. Кстати, а почему? Я думала, всех мальчиков обучают воевать? Миранда задумалась, явно что-то припоминая. - Мам, Джес капризуля. А тетка его обожает. Она вокруг него постоянно прыгает... - Ага... Это многое объясняло. Мири, конечно, не смогла бы свалить мальчишку почти вдвое старше себя. Но тут сыграли свою роль и фактор внезапности, и то, что Джес привык не получать отпора, и его военная неподготовленность. А с Мири занимались постоянно после похищения. Вот девочка и натренировалась. - я не сержусь. Но ты будь поосторожнее. Ты не самый лучший боец этого мира. - я знаю, мам... - а еще - чтобы ты не думала, что так легко отделаешься - завтра напишешь папе. - О чем? - а вот об этом случае. Бабушка напишет - и ты напишешь. - а ты? - может, и я напишу. Посмотрим. - Но ты точно не сердишься? Я просто не сдержалась, когда Джес начал говорить про тебя гадости... - я бы тоже не сдержалась, если бы он начал говорить гадости про тебя. Мири уткнулась Лиле в подмышку носом. - Мам, ты хорошая. Лиля погладила ее по темным волосам. - Спи, малышка... Мири давно сопела в подушку - а Лиля все размышляла. Хорошо быть доброй, доверчивой, спокойной... здесь она - в обстановке постоянного стресса. Сколько она еще так выдержит? Хорошо, что есть близкие люди. Но если так и дальше пойдет - надолго ее не хватит... Быстрее бы все разрешилось. Вот приедет Джес - который Иртон - и все станет ясно. Либо они договорятся и она обретет опору. Либо опоры не получится и ей придется искать кого-то еще. Она ведь не бизнес-леди. Просто так само собой получилось. А ей хочется тепла, детей, мужа... ничего. Я сильная, я справлюсь. Обязательно справлюсь. А если повторять себе это каждый час по шесть раз - может быть, удастся в это поверить... Боги всех миров, как же я устала... А ведь есть еще убийцы... Лиля думала отправить девочку к Августу. Или к королю. Но... Когда девочка у нее на глазах - спокойнее. За свою охрану Лиля могла не волноваться. А чужой дом, чужие люди... Кальмы - хватило. Они - справятся. Должны справиться. *** Танец закончился, и Рик честь честью подвел Лидию к большому окну. - Передохнем, ваше высочество? - Почему бы нет. - Принести вам вина? Лидия покачала головой. Последние несколько десятинок ее трясло, словно в лихорадке. Она помолчала пару минут - и наконец, решилась. -Вы скоро уезжаете? - Да. - разумеется, вы будете родниться с Уэльстером. - Вы угадали. Лидия перевела дух. - Тем лучше. Скорее бы... - Ваше высочество, вы отчетливо понимаете, что вам надо будет еще приехать в Ативерну? Сейчас я ведь ответ дать не могу, это будет оскорбительно... - Да все я понимаю - отмахнулась Лидия. - Съезжу и приеду, лишь бы не мне за вас выходить. Рик немного обиделся. Но уже - чуть-чуть. Сейчас уже такие заявления не царапали. Была б красавица, а то - страшилка. Ни вкуса, ни фантазии... на такой женишься - из дома сбежишь. - Ну и отлично. Достаточно жесткие слова про дуру, которую никто замуж не возьмет, пришлось проглотить. Кто ее знает? Расплачется, а проблем с Бернадром Рику и даром не надо. Вообще, последнее время, Бернард его явно прощупывал. Намекал, всячески демонстрировал свое расположение... кажется дочь он искренне любил. И даже не представлял, что кто-то может отказаться от такого 'сокровища'. А Рик, честно говоря, не представлял, как с таким кошмаром в доме вообще жить можно. Так что задача была достаточно сложной. Вежливо раскланяться и смотаться. Легко? Так это если Бернард не прицепится. А он может. А теперь представьте ситуацию. Вы, на территории чужого государства, ваша задача - не жениться. Подзывает вас король и начинает этак незатейливо давить. Неужто моя дочка тебе нехороша? А ведь и бела, и румяна, и приданое... аж две тысячи монет! Ха! И как ты объяснишь любящему папочке, что окажись Лидия в море с акулами - бедные рыбки перетравятся? Да никак... Остается только вилять и изворачиваться. А еще... Договоренность с Эдоардом была давно. Поэтому сегодня Рик был спокоен и доволен. - Ваше высочество, мне пришло письмо. Отец вызывает меня домой - и я вынужден повиноваться... - Когда? - Как только соберемся. Полагаю - через десятинку. - Замечательно! - и столько энтузиазма было в ее глазах,... Рик даже слегка обиделся. Откуда ж ему было знать, что девушка еще два раза перемолвилась словечком с шантажистом - и теперь готова была хоть куда, лишь бы от нее отвязались. - я рад, что мой отъезд доставляет вам столько удовольствия. Иронию Лидия заметила. И не удержалась. Надо же было на ком-то да сорваться! - Больше удовольствия мне доставил бы только ваш неприезд. Принц и принцесса раскланялись и разошлись в разные стороны. Рик - к другу. Лидия - к папочке, которого требовалось уговорить не метать громы и молнии. Ну, не понравился ей Рик. Кстати - и правда не понравился. Глядя на отца, Лидия не верила, что из красивых мужчин получаются хорошие мужья. А глядя на Рика и Джеса - убеждалась в этом все больше и больше. Так что пойти еще покапать отцу на мозг, чтобы не обижался... *** - Скоро домой... - да. Знаешь, я даже соскучился. - Отдыхать надоело? - Ты знаешь - да, надоело, - не принял шутки Джес. - Это сначала, когда тебя принудительно отправляют, начинаешь развлекаться. Кобелируешь, ну и все остальное. А потом как-то надоедает. Домой хочется, Миранду увидеть, как-то там малышка без меня? - Да, раньше ты ее так надолго не оставлял... - Не брать же ребенка в посольство. Кстати, а что с этой шлюхой Вельс по возвращении домой будет? - Уже шлюхой? А сколько воплей было. Аделаида, такая нежная, такая понимающая... Джес скорчил рожу. Мужчина может многое простить женщине. Но уж точно не измену. И не выставление себя в глупом виде. Хорошо хоть никто не узнал, а то бы весь двор год хихикал. Любовница покушается на законную жену! Да еще с надеждой стать новой законной. Это каким же растяпой надобно быть? - а что с ней делать? Замуж срочно выдадут. Куда-нибудь в глушь, за такого урода, что за него по доброй воле и коза не пойдет. - Эта коза за кого хочешь пойдет, были бы деньги. - Вот денег не обещаю, - жестко сказал Рик. - Пусть благодарна будет, что не в тюрьму. - Туда и дорога. Нет, домой хочется. Устал я гулять... интересно, как там в полку без меня? Рик пожал плечами. Командир полка королевской гвардии, откровенно говоря, должность такая... дел у гвардейцев - почетный караул да парад. Воевать идут другие. А в данную гвардию отдают детей дворян, чтобы вроде как и за меч подержались, а вроде бы и вне опасности. Крутятся господа гвардейцы при дворе, интрижки с фрейлинами заводят, видимость создают... не разбойников по лесам гоняют. И чтобы держать эту компанию в кулаке и Джес-то не нужен. Достало бы пары хватких десятников, которые сначала в зубы, а потом по уху... Такие там были. Целых четыре капитана. Командовал на парадах Джес - а крутились - эти. У Рика сколько лет руки чесались разогнать богадельню, но потом отец объяснил. Мол, не просто так. Случись какой бунт - вот они, дети-внуки, в заложниках. Да и не только бунт. Лучше их всех держать при дворе и приглядывать. С одной стороны - они что-то могут узнать или заметить. С другой - это работает в обе стороны. Да и партии так комбинировать удобнее, и союзы устраивать... много тому причин. - Полагаю, что выпили несколько десятков бочек. И поимели несколько десятков новых баб. А в остальном... думаешь, что-то поменяется? Джес тряхнул головой. - Уверен, что нет. Но домой хочется. - Уже скоро. Совсем скоро... *** Анелия мирно готовилась ко сну в своих покоях. Служанок она отослала, как только расшнуровали платье. И теперь расчесывала волосы. Сама, как привыкла. Раздражали ее посторонние люди в своей спальне. - Сидишь? Женщина так быстро вскочила с табурета, что он опрокинулся. Альтрес Лорт лениво взмахнул рукой. - Сиди-сиди... да прикройся чем-нибудь. Анелия, пискнув, забралась в кровать - и наблюдала за шутом оттуда, расширенными от ужаса глазами. - У меня для тебя хорошие новости. Судя по всему, Рик выберет именно тебя. Анелия вздохнула. Внутри чуть приразжались ледяные когти. - М-меня? - Да. Поэтому готовься. Вскоре мы выезжаем в Ативерну. - М-мы... - я не поеду. Поедет твой отец... Анелия зажала рот рукой. Это же... - Именно. Поэтому подумай над своим поведением. На фоне Лидии ты должна блистать. Да так, чтобы глядя на нее у всех была только одна мысль - ну и чучело. Поняла? Анелия кивнула. - с этим ты справишься. Дальше. Я пошлю нескольких своих людей. Ты потом узнаешь - кого. Если что-то надо - обращаться будешь к ним. То, что ведьма посоветовала - принимаешь? Анелия кивнула еще раз. - Вот и ладно. Будь умницей. Этот брак нужен мне - и потому нужна ты. Поняла? - Д-да... - готовься к поездке. И исчез за дверью. ВАнелия натянула на себя меховую полость поверх одеяла. Женщину колотило. Последний этап. Последний рывок... если повезет - она станет королевой Ативерны. Если же нет... При взгляде о змеиных глазах шута, Анелия огляделась в поисках еще одного одеяла. Несмотря на одеяла, мех и горящий камин - ей было холодно. Страшно холодно... *** - Как дела, Гард? - твоими молитвами, - огрызнулся Гардвейг. Альтрес с удобством устроился у ног своего брата. - Моими, чьими ж еще... Ты твердо решил ехать? - Такие вещи надо подписывать мне. - Согласен. Гард... можешь ты выполнить мою просьбу? - Привезти тебе волшебный меч? - усмехнулся Гардвейг, вспоминая детскую сказку. - Нет. Есть там такая графиня Иртон... - Супруга этого шалопая? - Абсолютно точно. И у нее живет знаменитый ханганский докторус. Тахир Джиаман дин Дашшар. - И? - Он спас принца Ханганата. Может быть. Гардвейг вздохнул. Положил своему брату ладонь на плечо. - Альт, ты за соломинку хватаешься. Что баба может знать о лечении? - Не баба. Но Тахир... - Ладно. Обещаю поговорить с ним. Ты этого добиваешься? Альтрес ответил нахальной улыбкой. - А чего ж еще... - Думаешь, он мне даст больше пары лет? - а вдруг, - серьезно возразил Альтрес. Гардвейг пожал плечами. - Альт, мне ехать в другую страну. Поэтому есть завещание. Есть приказ, назначающий тебя протектором при принцах. Милию и детей я с собой не возьму. Но если со мной что случится... Альтрес быстро сделал знак, отвращающий зло. - так вот. Если что-то пойдет не так - ты возьмешь на себя регентство до совершеннолетия моего сына? - Обещаю. - воспитаешь его, научишь всему, позаботишься о Милии... она неплохая. И мальчишек мне подарила... Гардвейг довольно улыбнулся. Милия в очередной раз родила мальчика, которого предложила назвать Альтресом. Король оценил. Шут - тоже. Ребенка так и назвали. - Если что-то случится - ты можешь на меня рассчитывать, - спокойно сказал Альтрес. - Отлично. Приказ и все остальное - в тайнике, где мы детьми играли. Знаешь сам. - Знаю. Мужчины обменялись серьезными взглядами. Гардвейг умирал. Они оба это знали. И старались устроить как-то судьбу страны. Меняются короли. Но Уэльстер должен жить! Это главное! А что придется для этого сделать? Воровать, предавать, убивать... не все ли равно? У королей своя мораль. Довольно жестокая. И они часто делают то от чего потом тошнит нормальных людей. А они - делают. И будут делать. Судьба такая. Сейчас Альтрес давал клятву сделать - все и даже немного больше. А Гардвейг ее принимал. Без лишних слов, без пышности и патетики - это просто было. Треск огня в камине скрестившиеся взгляды, рука младшего брата на плече старшего... Краткий миг единения, когда нет ни короля, ни графа. Один миг вечности. *** - ваше сиятельство... Лиля весело посмотрела на Лонса. - Пришел? Сколько? - Пять золотых. Чтобы я его к вам провел. Он же не знал, что вы кого-то ждете от купцов, - Лонс ухмыльнулся. Весело и без малейшего страха. В ладони блеснули монеты. За такие мелочи госпожа точно не обидится. - Я надеюсь, ты хоть поторговался? - обижаете! Графские секретари дешево не продаются. - наоборот - премирую внеплановой пятеркой золотых, - Лиля тоже улыбалась. То, что легко достается - не ценится. А потому купец был твердо уверен, что едва-едва к ней прорвался через кордоны и заслоны. Организованные, кстати, Лонсом и Ганцем. Золото исчезло в кармане шевалье. - Ваше сиятельство, вы разрешите... - разрешаю. Без чинов, шевалье. Итак? - Посольство побывало в Уэльстере. Согласно моей информации, скоро они уедут и из Ивернеи. Но также я знаю, что между ивернейской принцессой и Ричардом взаимопонимания не случилось. Поэтому лучшей кандидатурой на роль его супруги остается Анелия. Моя жена. Лиля покусала ноготь. - И что именно ты хочешь? - она приедет сюда. Обязательно. И мне хотелось бы... - Увидеться? Поговорить? Передать записку? Умыкнуть на фиг? Лонс задумался. - Сначала - передать записку. А уже потом... - Ты ее любишь? - Люблю. Лиля внимательно посмотрела на Лонса. - а теперь подумай. Что предпочтет милая девушка? Жена секретаря графини Иртон в глуши Иртона - или королева Ативерны? Ты лучше ее знаешь. Не обижайся, но... Лонс глубоко вздохнул. - не знаю, ваше сиятельство. - а раньше - знал? - Раньше я верил, что она меня любит, что будет ждать. Сейчас же... она думает, что я мертв. В таком случае она - вдова. И имеет законное право выйти за кого пожелает. - Ты не мертв только по случайности. - Да. Тут все зависит от ее чувств. Если она меня любит - мне больше ничего и не надо. Из Иртона вы же меня не погоните? - В крайнем случае, попрошу пригреть тебя в Ханганате. Амир против не будет, он тебя давно оценил. Лонс кивнул. - Благодарю. - а если случится так, что она сделала свой выбор - и не в твою пользу? И воскресать ты можешь до упора? Лонс смотрел в одну точку. - не знаю, госпожа. Не знаю... - Убьешь? Уйдешь? Раскричишься на всю Ативерну? - не знаю... Что ж. Зато честно. - Подумай над этим вопросом. - Думаю! - взорвался Лонс. - Каждую ночь думаю! Люблю я ее! Неужели не ясно!? Вы ведь женщина! Непроизнесенное 'хоть и на мужика похожи...' повисло в воздухе. Лиля вздохнула. Ох, Лонс. Как бы мне хотелось найти то самое сильное плечо. И ни о чем не думать. А все проблемы пусть за тебя решает кто-то сильный и умный. Он ведь такой, он справится... правда? А если нет? Если ты с момента появления здесь живешь на бочке с порохом? И понимаешь, что - упс. Случись что - от тебя и мокрого места не останется. И ты постоянно совершаешь ошибки, и в глазах окружающих проблескивает что-то такое... но и выбора у тебя нет. Либо ты идешь вперед и ошибаешься. Либо ты остаешься как есть - и умираешь. И даже любовника пока себе завести нельзя. Хотя... не железная ведь. Иногда.... думается. А - нельзя. Верной супруге тут дорога. Неверной - тоже. Но - в монастырь. А туда - не хочется. А потому - никакого компромата. Хочется? Перехочется. - Да понимаю я все. И учти, я - женщина. А вот Анелия - сопливая девчонка. Сколько ей там лет... Миранда - и та умнее. Ты себе ее реакцию представляешь? Лонс покачал головой. Лиля кивнула на столик в углу. - Там вино. Пара глотков тебе не повредит. Лонс послушно плеснул себе вина, выпил - и посмотрел на Лилю. - И? - Так вот. Представь себе такую картину. Бумаг у тебя нет. Доказательства весьма сомнительны. - Зато я могу перечислить все е приметы, все родинки... - А это, друг мой - повод чтобы осудить тебя за совращение. Ты понимаешь, что если поднимется шум - никто тебе твою принцессу не отдаст? Еще и голову потеряешь? - Вполне. - и я вместе с тобой. - А... - кто поверит, что я ничего не знала? Лонс и сам бы не поверил. - и что теперь? Госпожа графиня? - а теперь - только одно. Думать и думать. Ганцу я тут довериться права не имею. Если об этой тайне будут знать больше двоих - она расползется. Рано или поздно. Поэтому... надо придумать, как дать знать твоей героине о тебе. Надо придумать, как устроить вашу встречу втихаря. Как вывезти вас обоих, если что. Или хотя бы уйти живым со встречи. Это - ясно? - Вполне. - Вот и думай. - Да есть у меня одна идея. - Какая же? Выслушав идею, всласть ее покритиковав и отправив Лонса думать дальше, Лиля подошла к окну. Так-то, ваше сиятельство. Тянут вас за уши в придворные интриги. А вы там ни ухом - ни рылом. Ну... не будем скромничать, кое-что вы знаете. Но мало, так мало... А терять Лонса не хочется. Как мужчина, он никаких эмоций не вызывает - смазливые красавчики откровенно не в ее вкусе. Но секретарь - идеальный. И все же, все же... Надо поговорить с Ганцем. Пусть подберут кого-нибудь на место Лонса. Или даже двоих. Пока научатся, пока туда-сюда... даже если Лонс удерет в Ханганат со своей 'недоглядной' - все равно Лиля-то его лишится. Так что - готовимся заранее. Лиля посмотрела на графин с вином. И вдруг со всей дури запустила его в дверь. Накатило. Ну да. Она вот такая, железобетонная, конь с яйцами и по горящим избам шляется, да?! Интересно, кто бы на какие чудеса был способен, если жить хочется? Читала как-то девушка об одном человеке. Директор завода, в войну на своем предприятии дневал, ночевал и жил. А когда война закончилась (да-да, та самая, великая) просто пришел, лег и умер. А врачи, когда его стали обследовать, сказали, что ему не сорок паспортных - а семьдесят с хвостом биологических. Всего себя человек сжег за эти четыре года. Вот и Лиля сейчас так же - бросала себя в топку. Горела - и понимала, что не успевает, что еще немножко бы... и никого рядом. Разве что Мири сможет понять - но потом, лет через десять... Одиночество. В дверь заглянула служанка. - Ваше сиятельство... - прибери тут, - сухо распорядилась Лиля. - да осторожнее, не порежься. И вышла в приемную. На воздух захотелось - хоть убивай! - Маркиз? Александр Фалион стоял у стола и улыбался краешком губ. - Ваше сиятельство... позвольте пригласить вас прогуляться? Лиля вздохнула. Бросила взгляд на пальцы. Те, хоть и в перчатках, чуть дрожали. Не надо бы в таком состоянии к лошади, Лидарх - существо с тонкой душевной организацией... - Маркиз, я вряд ли смогу сейчас ездить верхом. - Я просто хочу пригласить вас погулять, ваше сиятельство. По саду... - пойдемте. Садом Алисия не занималась. Но это было до появления Лилиан. Потом прислуга забегала - и теперь здесь цвели кустовые розы. Лиля коснулась одной из них. Как дома. Совсем как дома. - Лилиан... - Да, Александр? - я получил письмо от своего человека. Посольство скоро тронется в обратный путь. Может, даже уже тронулось. Лиля кивнула. Коснулась розы. - спасибо, Александр. - Лилиан... я хотел бы попросить об одном одолжении. И надеюсь, вы мне не откажете? Лиля пожала плечами. - Просите. Если это в моих силах... - Я бы хотел продолжать с вами общаться, даже после возвращения вашего супруга. - Если это будет зависеть от меня - обещаю. Александр, почему вдруг такая просьба? - Потому что я знаю Джерисона, Лилиан. Может быть так, как вы его не знаете. Лиля хотела съязвить, что она может то же сказать и о себе. Вряд ли Александру пришлось провести с графом Иртон хоть одну ночь. Но промолчала. Что-то такое было в серьезных глазах мужчины... - И? - Я знаю и вас. Если вы найдете общий язык - я буду рад. Но больше вероятность, что ваш дом превратится в поле боя. - Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень,* - пробормотала Лиля. *Пушкин. Е. Онегин. Прим. авт. - Вы не обидитесь на меня за эту откровенность? Лиля тряхнула головой. И решилась. Коснулась руки Фалиона - своей. Маркиз вздрогнул, как от ожога, но руку не отнял. - Александр, вы давно уже мой друг. Еще с той минуты, когда я плакала, а вы меня успокаивали. Вы можете сказать мне, что угодно. И не перестанете быть другом. Маркиз как-то криво улыбнулся. - Даже то, что я люблю вас? И видя откровенно ошалелое выражение лица Лилиан - вдруг рассмеялся. - прикройте рот, графиня. Ворона гнездо устроит. - бессовестный! А я уже понадеялась! - Лилиан осознала, что маркиз шутит - и от души стукнула его кулачком по плечу. - Как вам не стыдно подавать женщине такие надежды! Серые глаза весело блестели. - Пока разрешите подать вам руку на прогулке - и продолжим. Лиля усмехнулась. - Александр, вас никогда не били за ваши шуточки? - Иногда - хотели. Но я обычно бил первым, - честно признался Фалион. - а потом еще шутил. - М-да... не хотела бы я быть вашим врагом. - Вы уже мой друг. И Джерисон мой друг. А посему позвольте говорить откровенно. Лиля кивнула. Фалион мимоходом сорвал розу с куста и вручил ей. - Вы горды. Я это вижу. Но и Джес такой же. А когда сталкиваются две гордости... - Согнется моя. Вы это хотели сказать? - обычно уступают женщины. Но вы-то отступить не можете, правильно? - мне - некуда. Сейчас - некуда. Я бы с радостью вернулась в Иртон, но кто сказал, что там не случится очередного покушения, что оно не будет успешным... - я понимаю. Но вот поймет ли это Джес. Чтобы договориться с ним, вам придется создать видимость уступок. А вот как... - А если я не хочу ничего создавать? Пусть сам уступает! Александр, я живая и нормальная. По его милости меня чуть не свели с ума, по его милости меня, да и Миранду чуть не убили - и я же должна под него прогибаться? Не слишком ли? - Об этом я и говорю. - и что вы мне посоветуете? - Это зависит от того, что вы хотите получить. - спокойствие. - а еще вам нужен статус графини. Иначе ваши дела потерпят ущерб. Да и многое другое... - И что вы предлагаете? - предложите вашему мужу светский брак. У вас своя жизнь. У него - своя. - Пару раз встретимся, чтобы сделать наследника - и каждый гуляет сам по себе? Лиля чуть скривила губы. - Это - не мое, Александр. Я с брезгливостью отношусь к подобным бракам. Да, они есть, иногда они необходимы... но может быть - не в моем случае? - я долго думал над вашей ситуацией. И я не вижу для вас другого выхода. Вы женщина гордая и властная. Джес такой же. Но при всем моем уважении... есть два типа мужчин. Одни будут гордиться такой женой, как вы. Другие же будут злиться и негодовать, считая, что такая жена принижает их в глазах света. - Джес - второй? - Вполне возможно. Я не исключаю, что у него хватит ума и на первое. Но пока... Лиля в задумчивости прикусила черенок розы. - М-да. Проблема. - подумайте, Лилиан. Вы красивы, умны, вы серьезный противник для многих. Но как вы будете справляться с собственным мужем? Либо вы его сломаете - либо сломаетесь сами. - Проявить гибкость... - А разве не так поступают все женщины? Оставьте ему - его игрушки. Если не вспыхнет сейчас - не вспыхнет никогда. Если вам удастся сбалансировать все сегодня - что еще надо? - Семью. Детей. Обычное женское счастье. - С Джесом у вас может быть первое и второе. А вот третье... он не сможет уважать вас - такой. В его понимании женщина - это слабое, хрупкое и беззащитное существо. Нежное и трепетное. Которое все обязаны оберегать. - Твою рыбу! Лиля от души сверкнула глазами. Роза полетела на тропинку. - Александр, а я - не женщина?! Кто сказал, что право на существование имеют только блеющие козы?! И кто в курсе, что от козы рождаются козлята! Между прочим - если женщина - это поддержка и опора - мужчина тоже может сделать намного больше. Разве нет? - Разве да. И я говорю сейчас не о своем мнении. Знаете, я ведь рос при дворе... - И? Лиля уже остывала. Роза была поднята со вздохом... надо же что-то в руках вертеть. Иначе и перчатки не спасут. - Вы знаете о второй жене его величества? - Джессимин. Знаю. И? - Но вы ее ни разу не видели. А тем не менее... вот она такой и была. Этакая нежная роза, по уши влюбленная в своего короля. - А мой муж тут при чем? - я думал, вы поняли. Графиня Иртон детьми не занималась. Ими занимались граф, ну и его сестра. Пока не стала королевой. Лиля мысленно передвинула еще одну костяшку на невидимых счетах. Еще один довод в пользу ее версии. - М-да. И Лжес подсознательно ищет во всех такую же клушу? - я бы не стал так выражаться... - Но это - реальность. Ясненько. Меня он не оценит просто потому, что сильные женщины - это нонсенс. - Абсолютно точно. История знает множество примеров, но... пример - одно. А найти его в своем доме... - Полагаете, другого выхода нет. Или меня начнут ломать через колено, - а учитывая мои предположения - и с королевской помощью, - или я сделаю вид... - Вы сможете сами это проверить. Мне же просто хотелось помочь. - Почему - мне? Джес ваш друг. Я же... просто корова. - Лилиан! - Можно подумать, я не знаю, как дражайший супруг меня называл. Поведали! Во всех красках! Знаете, сколько ко мне ездит этих нежных-трепетных? Его величество Алисию временно отпустил, чтобы она всю эту шушеру разгоняла. Так почему вы мне помогаете? - Потому что я вас вижу. Я надеюсь, немного понимаю. - И? - Вы ведь... если бы не началось все это - вы бы стали такой? Лиля пожала плечами. Лилиан - не стала бы. Аля Скороленок? Той вообще нужны были медицина и Лёша. В любом порядке. Но уж точно не налаживать производство кружев и калейдоскопов в чужом мире. - Вот. Вы такая железная - временно. И если Джес сможет прикрыть вас - вы рано или поздно станете самой собой. - А если не сможет? - Маска прирастет к лицу. Такое тоже бывает... Лиля молчала, глядя в серые глаза. Почему этот человек смог увидеть? И понять? Действительно, ты полностью мобилизуешься, когда - на войне. И дерешься до последнего. А потом, когда мир, когда победа, ты складываешь знамена. И возвращаешься домой, печь пироги и растить детей. Такое тоже было в истории. И не раз. И то, что ты дерешься, а не плачешь в уголке - не значит, что ты - леди с яйцами. Прост о у всех разные методы защиты. Кто-то дерется. Кто-то строит из себя бедную-обиженную. Рискуют, кстати, обе группы - одинаково. Если ты дерешься без скидок, всеми методами - можешь нарваться на ответку. А если строишь из себя обиженную - на тебе могут начать возить воду. А ты и голос повысить не сможешь. Ты же бедная-несчастная... просто у Лили не было второго пути. Перед кем в Иртоне было слезы размазывать? Перед Эдором, мир праху? Оставалось драться. Вот она и... Александр это понял. Джес же... - он не увидит... Александр смотрел на женщину. Такая... невероятная. Чем-то Лилиан напоминала ему алмаз. Такая же твердая. Такая же хрупкая. - Боюсь, что так. И хотел вас предупредить. Лиля приподнялась на цыпочки и коснулась губами щеки Фалиона. - Спасибо, Александр. Я обдумаю ваши слова. - вы ведь написали ему? - Это не переписка, - горько усмехнулась Лиля. - А что? - Поединок. - так сделайте вид, что отступаете... - Я подумаю. Давайте поговорим о чем-нибудь другом - пока? - Пожалуйста. У меня есть весьма симпатичная кобылка по кличке Ветерок. И я хотел бы... Разговор ушел в сторону лошадей и собак. Лиля училась и этому. Шея, круп, копыта... здесь лошадь не диво из зоопарка, а типичное домашнее животное, вроде хомячка. Так что знать - надо. Мужчина и женщина шли по саду. Цвели цветы. Пели птицы. Все было почти пасторально красиво. Велся легкий светский разговор. Женщина думала, что если все так и обстоит - с нее сильно причитается в адрес Фалиона. И за совет, и за поддержку... Мужчина думал, что если все так и обстоит... у него может появиться шанс. Любовь? Нет, на любовь он и не надеялся. Разве что оставаться рядом. Иногда видеться. Беседовать... проклятый язык становится удивительно неловким в ЕЕ присутствии. Касаться ее руки. И дарить розы. И даже... щека горела, словно обожженная. Она ведь сделала это от сердца. Без всякой задней мысли. У него - безумная жена. Он связан на всю жизнь. И ничего не сможет предложить Лилиан. Ни руку, ни сердце, ни титул, ни даже защиту. Но и предлагать иногда не надо. Рука... ей пока не нужна. Эта женщина стоит без подпорок. Титул? У нее есть свой. Защита? Нескольких дураков он проучил. Остальные теперь придержат змеиные языки. А сердце? Сердце и так ее. Навсегда. Что бы ни случилось. Мужчина и женщина шли по саду...
Конец четвертой части.
Сообщение отредактировал samsobi - Суббота, 21.06.2014, 07:32
